Срываю E

Под ноты улицы серым одиноким утром. Небо перламутром, вчерашний запах блудный. Опять ты по клубам, а я срываю скубы. Потом вот так зажгу и пущу дыма клубы. Под ноты улицы серым одиноким утром. Небо перламутром, вчерашний запах блудный. Опять ты по клубам, а я срываю скубы. Потом вот так зажгу и пущу дыма клубы. Опять дым, в сотый раз окно там с балконом. Мне холодно в душе, но сердце выдает рингтоны. Кто мы? Кто мы? Я так и не нашел ответа. Мы дети темноты или все же дети света? Укрою мягким пледом, что назову любовью. Так бережно и нежно с болью на раны с Солью. Ты улыбнись украдкой, когда рэп до скулы. Я знаю, между нами мост, но он такой шаткий. Опять сходил без шапки, зима, лютый холод. Когда есть капюшон, похуй какой в сердце голод. Ноль пять ячменный солод и неизменный Винстон. Опять дым в окно, два пропущенных от близких. Я летал, но низко, душа летала выше. Но ты запомни, послышалось это не слышал. Когда нам там Всевышний отпишет, Что отпишет. Спасибо тем, кто слушал, Спасибо тем, кто слышит. Под ноты улицы серым одиноким утром. Небо перламутром, вчерашний запах блудный. Опять ты по клубам, а я срываю скубы. Потом вот так зажгу и пущу дыма клубы. Под ноты улицы серым одиноким утром. Небо перламутром, вчерашний запах блудный. Опять ты по клубам, а я срываю скубы. Потом вот так зажгу и пущу дыма клубы. Среди стен ванильных один гнил так сильно. Сюжет обычных фильмов, где обретают крылья. Где все до скулы к носу, плачу, Сука, ёрза. Это великая Россия, Мама, несерьезно. Я не берусь судить, ибо будешь несудим. Я обычный тот, мы снимаем тот обычный фильм. Сюжет киноленты одинокий среди стен. И когда обрывок ленты будет нам отмерен кем-то. Когда и этим кем-то будет расписан случай. Возможно, будет лучше, когда заткнут всех сучек. Да разойдутся тучи, потянем руки к солнцу. Да ты больше не мучай, дай мне красок, Дай мне порций. Дай мне порций жизни, Я оценю со вздохом. Пускай мне будет плохо, главное, чтобы не похуй. Ахой или охой, главное не остаться смутным. Чтобы путь был путным, а этот день не судным. Под ноты улицы серым одиноким утром. Небо перламутром, вчерашний запах блудный. Опять ты по клубам, а я срываю скубы. Потом вот так зажгу и пущу дыма клубы. Под ноты улицы серым одиноким утром. Небо перламутром, вчерашний запах блудный. Опять ты по клубам, а я срываю скубы. Потом вот так зажгу и пущу дыма клубы.