Долги

Мое скрюченное тело давит так по хрупким нервам, Как иголка семь четыре. Ж вы прилипли ко рту. На белом лице магистрали синевы и из пасти фальцетом Я тебя найду. На нем жакет, на нем вышивка червей. Губы бурелет среди звездных огней. Между тополиных дрог, кругу первых людей, Где бы не был ты, я тебя украду. Стрелял патроном по обойме, ты решетка тюрьмы, Ты рисунок на обоях, напыль таешь из сны. Засосался между звезд, затерялся в соблазне, Но твой силуэт, но крестет на матрасе. Стрелял патроном по обойме, ты решетка тюрьмы, Ты рисунок на обоях, напыль таешь сны. Засосался между звезд, затерялся в соблазне, Но твой силуэт, но крестет на матрасе. Мне так то все равно, но он там не Должен. Бог с ним, спокойненько, Но он там не должен. Колокол кочится, но он там не должен. Зима не закончится, весна не начнется. Так то все равно, но он там не должен. Бог с ним, спокойненько, но он там не должен. Колокол кочится, но он там не должен. Зима не закончится, весна не начнется. Мое тело давит так по хрупким нервам, Как иголка семь четыре. Ж вы прилипли ко рту. На белом лице магистрали синевы и из пасти фальцетом Я тебя найду. На нем жакет, на нем вышивка червей. Губы бурелет среди звездных огней. Между тополиных дрог, кругу первых людей, Где бы не был ты, я тебя украду. Мое скрюченное тело давит так по хрупким нервам, Как иголка семь четыре. Ж вы прилипли ко рту. На белом лице магистрали синевы и из пасти фальцетом Я тебя найду. На нем жакет, на нем вышивка червей. Губы бурелет среди звездных огней. Между тополиных дрог, кругу первых людей, Где бы не был ты, я тебя украду.