Рече безумца. О чем поëт водоëм!?

О чем поет водоем? Там в нем сточных вод до краев. Нас там точно кто-то найдет в злачных комнатах, Взятых внаем. О чем поет водоем? Там в нем сточных вод до краев. Нас там точно кто-то найдет в злачных комнатах, Взятых внаем. Вся моя правда не стоит выеденного яйца. Я единого творца позабыл и нравственно разморал сам Себя. Разгорался пожар. Это так всегда. Голодные пасти питаются падалью. Странно. Дайте мне масло, я сам разолью его. Анна вдруг жидкостью алого цвета набралась ванна. Словно в бездну свободного падения падал я. Явен обман стал ни жадно, ни гаданно. Я виноват там, где дал покаяние и кроме того Было выносить страдания. Пустяки, здесь огонь, стихия моя сносит стихи. Ты впусти их, впусти. Эти мысли как мистика эльфинальная. Речь моя здесь важна, инфинальная. Нет, я фискалить не стану, не надо мне дерзкость, Раскаяние будет оправданье. Я словно странник, фонарь Диогена выдержу. Я человека здесь ищу. Притворство и зависть вот оно, как нитка тесьма. Это родом не новинка, ты знал. Это подло и обидно весьма. Это словно было сварено на плитке Лысьва. О чем поет водоем? Там в нем сточных вод до краев. Нас там точно кто-то найдет в злачных комнатах, Взятых внаем. О чем поет водоем? Там в нем сточных вод до краев. Нас там точно кто-то найдет в злачных комнатах, Взятых... Слышен какой-то неясный слух, Что им движет короткий, но вязкий испуг. Эта речь была написана под звук водосточных труб, Непорочных дум или ночных лун, Когда автор кушал акриды, он испепелил в себе боль И надрывы. Жажда наживы холодом веет, В сердце нож по сей день ржавеет. К завершению угнетений судьбы выставим правду во Благо презумпции. Вся наша жизнь это поле борьбы, Где в каждой схватке мы все безумцы. О чем молчит водоем? Там в нем масса причин до краев. Нас там точно никто не найдет. В злачных комнатах тихо поем. Пустяки. Здесь огонь, стихия моя сносит стихи. Ты впусти их, впусти. Эти мысли как мистика эльфинальная. Речь моя здесь важна, инфинальная. Нет, я фискалить не стану, не надо мне дерзкость, Раскаяние будет оправданье. Я словно странник, фонарь Диогена выдержу. Я человека здесь ищу. Притворство и зависть вот оно, как нитка тесьма. Это родом не новинка, ты знал. Это подло и обидно весьма. Это словно было сварено на плитке Лысьва.