Тэру-тэру-бодзу

Килограмм бакинских томатов пропускаю через Соковыжималку. Выпиваю всё тут же залпом. Это мой обед, это мой завтрак. Говард Лавкрафт заходил в гости, Ненадолго оставил карту. На ней берег слоновой кости. Забиваю маршрут в навигатор. Девять восемь восемь и восемь километров через Европу. На маршрутке покинул город. Дальше уже как-нибудь стопом. Худощавая в шортах японка подвозила на шее с Петлёю. Угощала кошачьим супом, угощала злою Травою. Разбиваясь о лобовое стекло, насекомые лопались Звуком попкорн. Говорили, что я для них корм. Я подумал, ответил, что норм. Дальнобойщик пил ром из горла за рулём. Мы летели под Smoke on the water. Горизонт впереди догорал сентябрём. Неизвестно, что за поворотом. Forza Rotor клеил в Ростове, на семёрке нырял в Кювет. В глубине кукурузного поля ночью видел Неоновый свет. Отъезжал на пляжах Салерно, без билета проник на Паром. Чёрной плёнкой расползлась скверна по воде, Начался сильный шторм. Судно кренилось, его швыряло влево-вправо, Чертило зигзаг. В голове что-то мерзко шептало, Что причиной всему я чужак. Убегал. Схватили, связали. Белой сверху накрыв простынёй. Буйный ветер свистит, завывает. Я на мачте болтаюсь с соплёй. Теру-теру бодзун, теру бодзун, Сделай хорошую погоду. Теру-теру бодзун, теру бодзун, Укажи к нам солнцу дорогу. Теру-теру бодзун, теру бодзун, Сделай хорошую погоду. Теру-теру бодзун, теру бодзун, Укажи к нам солнцу дорогу.