Ду Цзычунь, Часть 1

Сто раз На прибрежном песке Знак "Великое" Я написал И, мысль о смерти отбросив прочь, Снова пошел Домой. Это случилось весенним вечером. Возле западных ворот в столице Танского государства Лояне стоял юноша и безучастным взглядом смотрел на Небо. Звали этого юношу Ду Цзычунь. Он был сыном богача, но промотал отцовское достояние Дошел до такой нищеты, что хоть с голоду помирай. В те времена Лоян был цветущим городом, Он не знал себе равных во всей Поднебесной. По улицам его пестрой чередой двигались люди и Повозки. В лучах закатного солнца, жидким маслом заливавшего Городские ворота, проносились мимо шапочки из Тончайшего шелкового газа на головах стариков, Золотые турецкие серьги в ушах женщин, Многоцветные поводья на белых конях, Словно смотришь на прекрасную картину. Но Ду Цзычунь, прислонившись спиной к воротам, По-прежнему смотрел безучастным взглядом на небо. Весенняя дымка расстилалась ровной пеленой, Но сквозь нее уже был виден узкий полумесяц, Похожий на белый шрам от звериного когтя. Смеркается. У меня в животе пусто И негде мне преклонить голову. Проклятая жизнь! Лучше броситься в реку и умереть. Вот какие мысли нестройным роем проносились в голове Ду Цзычуня. И вдруг перед ним появился, словно из-под земли Вырос, какой-то старик, на один глаз кривой, На другой глаз косой. Облитый лучами заходящего солнца, Он отбрасывал огромную тень на ворота. Пристально поглядев в лицо Ду Цзычуню, Старик спросил: О чем ты сейчас думаешь? Я то? Я думаю о том, как мне быть. Ведь у меня даже нет угла, где бы переночевать. Вот как? Жаль мне тебя. Старик немного задумался и указал пальцем на лучи Вечернего солнца, озарявшие улицу. Послушай, я дам тебе добрый совет. Встань сейчас так, чтобы солнце было позади тебя, А тень твоя упала на землю. Заприметь место, где у этой тени голова, И копай там ночью выкопаешь целую телегу Чистого золота. Неужели правда? Ду Цзычунь в изумлении поднял глаза. Что за чудо? Старик куда-то бесследно исчез, словно сквозь землю Провалился, А месяц в небе еще больше побелел, И над бесконечным людским потоком уже реяли в вышине Две три нетерпеливые летучие мыши. Ду Цзычунь сразу в один день разбогател так, Что даже в столичном городе Лояне не находилось ему Равных. Следуя совету старика, Он начал копать в том самом месте, где пришлась Голова его тени, и вырыл гору золота. На самой большой повозке не увезешь. Ду Цзычунь стал неслыханным богачом. Он купил великолепный дом и мог бы соперничать в Роскоши с самим императором. Он пил Ланлиньское вино, приказывал доставлять к Своему столу мякоть плодов драконьих глаз из Гуйчжоу. Посадил в саду пионы, Которые четыре раза в день меняют цвет. Завел у себя белых павлинов. Он собирал драгоценные камни, наряжался в парчовые Одежды, разъезжал в экипажах из ароматного дерева, Заказывал мастерам кресла из слоновой кости. Словом, если перечислять все его прихоти, То рассказу и конца не будет. Чему же удивляться, что при такой любви к роскоши Ду Цзычунь через год-два начал беднеть. Воистину, у людей бесчувственные сердца. Давно ли от приятелей отбою не было, А теперь самые закадычные друзья проходили мимо его Ворот как чужие. Наступила третья весна, и Ду Цзычунь опять Распростился с последним своим грошом, И во всем огромном городе Лояне не нашлось ни Одного дома, где бы дали ему приют. Да что там, ни один человек не подал ему И чашки воды. И вот однажды вечером Ду Цзычунь снова пошел к Западным воротам Лояна, Безучастно глядя на небо, стоял он возле дороги, Погруженный в печальные думы. Вдруг откуда ни возьмись, опять появился перед ним Старик, кривой на один глаз и косой на другой, И вновь задал ему тот же самый вопрос: О чем ты думаешь? Увидев старика, Ду Цзычунь от стыда потупил глаза в Землю и не сразу ответил. Мне сегодня опять негде преклонить голову. Я думаю, что мне делать? Вот как? Жаль мне тебя. Я дам тебе добрый совет. Встань так, чтобы вечернее солнце отбросило твою Тень на землю, и копай там, где обозначится грудь. Выроешь целую телегу чистого золота. И не успел старик произнести эти слова, Как уже скрылся в толпе, Словно бесследно растаял. На другой день Ду Цзычунь вдруг снова сделался Первым в Поднебесной богачом. И опять он дал волю своим прихотям. Многоцветные пионы в саду, лениво дремлющие среди Них белые павлины, индийские факиры, Глотающие ножи. Словом, Всё как прежде. Немудрено, что огромная гора золота, Которая в телеге-то еле поместилась, вся бесследно Растаяла за каких-то три года. О чем ты думаешь? В третий раз появился перед Ду Цзычунем старик, Кривой на один глаз и косой на другой, И задал ему все тот же знакомый вопрос. Юноша, как можно догадаться, опять стоял под Западными воротами Лояна, печально глядя на Трехдневный месяц, тускло светивший сквозь весеннюю Дымку. Я-то? Мне негде сегодня голову преклонить. Я думаю, что мне делать. Вот как? Жаль мне тебя, Но я подам тебе добрый совет. Встань так, чтобы вечернее солнце отбросило твою Тень на землю, и копай ночью там, Где обозначится у нее поясница.