Пламя чистилища

Я помню свет свечи и запах фолианта, Где истина была ясна, пряма, проста. Страниц пергаментных седая доминанта сливалась с Образом распятого Христа. И я принёс обет, суровый, без таланта, К сомнению служить, величию креста. Не ради славы, почестей, наград, А чтобы вырвать с корнем этот яд. Так кайся, грешник мой, твоя душа в Дыму. Я вижу тень греха в испуганных Глазах. Не верь своим словам. Я верю одному тому, что выжжет Боль своему кресту. Пусть крик твой режет слух и сотрясает свод, Но это лишь цена за неба благодать. Я Божий молот, я спаситель эшафот, Лишь способ научить заблудших не врать. Мой долг инквизитора копать до дна, До самых тёмных мыслей, Срывать личины с тех, кто веру предаёт. Я тот, кто отделяет падших от пречистых, Кто семена от плевел яростно берёт. Вы прячете свой грех в молитвах лицемерных. Вы шепчете псалмы, а в сердце Сатана. Но скальпель веры вскроет ваши кости, Нервы, ваша ложь до капли будет предана. Так кайся, грешник мой, твоя душа в Дыму. Я вижу тень греха в испуганных Глазах. Не верь своим словам. Я верю одному Тому, что выжжет боль Своему кресту. Пусть крик твой режет слух и сотрясает свод, Но это лишь цена за неба благодать. Я Божий молот, я спаситель эшафот, Лишь способ научить заблудших не врать. Меня зовут Палач за ледяное сердце. Но разве знает тот, кто шепчет за спиной, Что я для душ заблудших открываю Дверцу В огонь чистилища И вечный в нём покой? Я тоже человек, и в келье по ночам я За свои дела молюсь седым свечам. Но новый день несёт мне праведный удел, И милосердие Не мой теперь указ. Вы видите лишь кровь и слышите лишь Крики, а я спасаю мир от ереси и лжи. Мой суд жесток, но помыслы мои велики. Над бренным телом пламя веры задрожит. Так кайся, грешник мой, ведь близок твой чертог. Признайся и скажи Во имя сына И отца: "Да видит Бог".