К финалу

Я А? Я очень жад. Нужно видеть что-то хорошее. Плохо чувствуешь себя, да, дедушка? Что-то зубы болят. Сердце? Больно. Шлифарства дать тебе, дедушка? Да мне вот- Держись, пройдет. Держись. Отмотал назад, увидел детство, ту окрестность. Когда-то прогрессом была для силы рабочей Неосвещенные улицы ночью. Люблю их до сих пор. Там мне двери открыты всегда. Полуразрушенная родина, забытые властями места, Куда бегу от городского трафика через леса и мост. Больше домов нас мост, семей на выверт. Нету слез здесь одни смирения пусть на этот бит Люф сампл с дождем и ветром неспокойно. Я стал кем-то в музыке сам по себе ты Это знаешь. Тогда убили время. Позвони родным, навести их, бра, не пали мосты. Отражение в зеркале пепел. О чем ты думаешь? где же твоя тишина родная? Солнце тебя стихи размыло. Унылая мелодия. Утро лучами через окно на альбомы, Покрытые пылью, не услышанные миллионами, А тысячи, глядишь, уже передохли. Поверили в любовь в эти крохи у разбитых Сталинок, Рассыпанные. Моя вера крепка. Так ли это? Прости за то, что приезжаю редко. Прости, что постоянно об этом пишу. И эту правду выливаю в люди. Ты была рядом, когда умирал, когда родители Работали, ты говорила, как сладко ночью спал. До сих пор ты молишься, а я не нахожу Времени, чтобы просто приехать и показать правнука. Ты борешься со старостью, боишься быть обузой. Меньше улыбаешься, но так же любишь. Мы очень часто созваниваемся. Что с дедулей? Он теряет память. Ты уверяешь так и должно быть. Ты постоянно хвалил меня. Поражение я принимал мягче. До текстов там моя душа среди кривого почерка и Смысла ваши лица в те дни, когда с тобою На ДКСК гуляли, я все помню, скучаю. Правда. Время медленно тает. Не по себе мне, когда вы говорите, что мы Разбежимся каждый, когда вас не станет, Не показывая, захожу за рельсы, тихо плачу. Смирения нет, строю драмы вечно. Вчера мне снилось, что я потерял Тему с Мироном, Что решил все сам одним уколом и не попал В рай. Тлел живым антигероем, остался нулем и Головной болью для кого-то. И ты будешь там счастливый. Там было все от измены в тиши до аборта. Турбины антитанговые заместо сердец на перфорации Висят за этих тварей ценники. Они пытались меня съесть, ведь сегодня сами знаете, Время для каждого деньги. И вам всегда было жаль, хотя, по сути, я Сам виноват. Не отрицаю, грешен. Точно. Весна попрощалась. Лето, уставшая зима. Трещины на километры. По ним бегу до родного, до теплого, до твоих Записанных на диктофон историй и до его уставших Глаз и добрых советов. И не дай Бог до последнего с вами момента. Дедушке через три месяца Будет восемьдесят один год, пойдет восемьдесят Второй. Он уже очень много что не может делать. Ему очень часто, у него сердечные приступы. Вчера утром у него был такой сердечный приступ, Четыре часа все наши знакомые прям сплошились, Звонят без конца. Ну, понимаешь, сын, дело идет к финалу. Это так и должно быть. Это такая жизнь. Мы никак не можем приспособиться к этой жизни и Ведем себя так, как будто нам двадцать лет, А сил нет. Мы, конечно, друг друга поддерживаем, Но нам Вот в этой жизни, да, очень трудно.