Комок одел я в 18-ть

Открою что увижу? Крыши домов рвет небо На осколки. Треск АКМов ближе, значит, выжил. Перерастет в гул трассеров звук тонкий. Комок одел я в восемнадцать, А когда сниму? Быть может, снимет за меня невеста, Когда лежать я буду В цинковом гробу иль в переполненном Тюльпане грузом двести. За что хороним жизни и горе матерей? За что в Чечне могилу свою ищем? Нам клялись президенты, что Родине Своей мы помогаем, а погибают Тысячи. В разбитые фуры прятался спецназ, Когда шмонали шурави фривеи. Мы укололись, и на винте приказ Шли исполнять, валя любые цели. Огонь, кортеж и бой. Закончен. Перекур. На точках снайперы огонь ведут по лычкам. Упал один, упал второй. Я зашатался вдруг. Комок залило кровью. Помоги, Всевышний. Упал я на асфальт, Клянясь и матерясь. Не проползти мне эти десять метров. Не уставая, кровь моя из ран Лилась, Мерцая в сумраке игры огня и пепла. Глаза открою вновь и что увижу, Что увижу? Крыши домов рвет небо на осколки. Треск АКМов ближе, значит, выжил. Перерастет в гул трассеров звук тонкий.