Рябъ E

Три, четыре. Давай. Вся жизнь будто ветви рябины пропитана множеством Историй из глубинки. Рвётся наружу из груди репети картин, Где вместо цветов колышутся венки. Балабанов и Бодров показали советский дрим тим. Ну и как там твой идеальный мир? Даже самые ушлые с собой заберут только тапочки да Костюм по размеру. Кто разменял там человеческое на звук монет, Как акционер? С утра бодрит не кофе, а БПЛА в чистом Небе. Пока весь мир топит камин в кругосветном на Вертеле, на входе в обитель тебя встретит Цербер, Как портье отеля, раздавая пиздюлей, Как будто это панацея. Вон багаж моей души я влачу из низин. Грусть историй из глубин. В своих мыслях один среди плачущих рябин, Что наблюдали за мной. Я с поднятой головой начну турне на покой. Вон багаж моей души я влачу из низин. Грусть историй из глубин. И в своих мыслях один среди плачущих рябин, Что наблюдали за мной. Я с поднятой головой начну турне на покой. Любовь к Родине, как разбитая Nokia, Такая грустная за МКАДом. В этих ипотечных окнах видны пейзажи за кадром, Где диалоги око за око переходят на ножи. Мелькают выпускники МХАТа, будто массовка проживает Вторую жизнь. И одновременно празднично в ЦАО среди откатных Замков и подарочного шелка Saint Laurent. Жаль, но это родина моя стерпит, Как рябина, жару и холода. Не описал бы иными словами даже Омар Хайям этот Контраст. Здесь через забор дергают УАЗ на запчасти, Перехватить по минималке уже за счастье, А там полный карт-бланш. Вон багаж моей души я влачу из низин. Грусть историй из глубин. И в своих мыслях один среди плачущих рябин, Что наблюдали за мной. Я с поднятой головой начну турне на покой. Вон багаж моей души я влачу из низин. Грусть историй из глубин. В своих мыслях один среди плачущих рябин, Что наблюдали за мной. Я с поднятой головой начну турне на покой.