22-я СпН

Афганистан, Юго-Запад, середина Восьмидесятых неспокойных лет. Войны проклятой скорбная рутина кровавой Драмы полнила сюжет. Фарах, Шахджой, бои под Кандагаром и Лашкарковки въедливый песок. Там стали мы для басмачей кошмаром и караваны Брали с них оброк. Двадцать вторая отдельная бригада, Спецназ отчаянной разведки войсковой. Двадцать вторая проклятье и награда, Бригада гвардии, нам ставшая судьбой. Мы гнали духов по горам Луркоха. Мы били их в пустыне Регистан. Войны Афганской злая суматоха нам третьей Тоже полнила стакан. Но шли мы вновь в засады на охоту. И первый Сингер дело наших рук. Прости, Господь, ударную работу среди Смертельных тех свинцовых вьюг. Двадцать вторая отдельная бригада, Спецназ отчаянной разведки войсковой. Двадцать вторая проклятье и награда, Бригада гвардии, нам ставшая судьбой. Потом постигли мы огонь Кавказа. Вновь брать пыталась на излом война, Но дрались с честью воины спецназа. И в гвардию нас возвела страна. Друзей погибших помним поименно. Порукой орденский иконостас. Береты, тельники. Традиционно наш тост за вас, за нас и за Спецназ! Береты, тельники. Традиционно наш тост за вас, за нас и за Спецназ! Двадцать вторая отдельная бригада, Спецназ отчаянной разведки войсковой. Двадцать вторая проклятье и награда, Бригада гвардии, нам ставшая судьбой. Двадцать вторая проклятье и награда, Бригада гвардии, нам ставшая судьбой.