Обалдел бы Пастернак

Прислониться бы к тебе, как зимою к теплой печке В доме, где на чердаке притаился домовой. Помнишь, бились в унисон наши глупые сердечки, Безрассудные сердца, что мудрее нас с тобой? Помнишь, бились в унисон наши глупые сердечки, Безрассудные сердца, что мудрее нас тобой? Бились, бились в унисон. Бились, бились в унисон. Ага, ага. Помнишь, ветка за окном, рыжий снег под фонарями, Наши тени на стене? Обалдел бы Пастернак. Мы не верили в судьбу и себе не доверяли. И кого теперь винить в том, что вышло все Не так? Мы не верили в судьбу и себе Не доверяли. И кого теперь винить в том, что вышло все Не так? И кого теперь винить? И кого теперь винить? Ага, ага. Разделили пополам горечь нежности полынной. Перепутали слова, напортачив с ворожбой. Ты меня не забывай, и тебя я не покину. Голос сердца твоего навсегда теперь со мной. Ты меня не забывай. Ты меня не забывай. Прислониться бы к тебе. Горечь нежности полынной. Перепутали слова. Притаился домовой. Наши тени на стене, наши глупые сердечки. Обалдел бы Пастернак. Что мудрее нас с тобой? Наши тени на стене, наши глупые сердечки. Обалдел бы Пастернак. Что мудрее нас тобой? Обалдел бы Пастернак. Обалдел бы Пастернак. Ага, ага. Обалдел Бы Пастернак. Обалдел бы Пастернак. Обалдел бы Пастернак. Ага, Ага.