Без вестей

К огромному сожалению, война меня лишила счастья Познать, кто такой дед. Мой дед Яков пропал без вести, прошагав пять лет Войны в боях с японцами. Возможно, это его история. Без вестей. Дед его пропал без вестей. То война рыдай, не рыдай. Крепко обнимая гостей, Уезжал служить салабон в потерянный край. И тук-тук колёсики, снежная даль, На пути Пукса озеро, забор из досок. А дорога далече, где озеро Салт, Где зык на прицеле и палец сжимает курок. Ёлочки-иголочки Скрипят на зубах. Песня разлетается По мёртвой тайге. На разводе утреннем Случилось же так сторожил безвременный Завёл о судьбе. Не слыхал фамилию? Казак был Кудлай, Сечь Запорожская. И батюшка Дон воевал их, аживал. В Татарина стан, рода я того ещё. Из тех же краёв делили землю-матушку, Как убили царя. Мерил всем я поровну. Не враг же братьям. Да родила Катюшенька Детей мне пять душ: сынов трёх да дочек двух. Любимый ведь муж. В год, когда родилася Пятая дочь, Верою крестилась. А утром война, и пошли мы, соколы, Из дома да прочь. А жена осталася С детьми одна. Дрался я отчаянно. Боялся фашист. Целовал я милую Грядущей весной. Катерина, береги детей, ведь я коммунист. Вот побью всех Иродов Вернуся домой. Долго бил тех Иродов, Да видать, не добил. Ироды в отечестве место нашли. На Земле уж сорок лет Объявлены мир, а я пропавший без вести Осколок войны. Ёлочки-иголочки скрипят на зубах. Песня разлетается По мёртвой тайге. На разводе утреннем Случилось же так сторожил безвременный Завёл о судьбе. Раненый, истерзанный попал к немцам в плен. Чуть болезнь осилил, из плена бежал. Только вот не приняли Ни дома, ни стен, ни детей, ни милой, Одно трибунал. То, что коммунистом был, Так били вдвойне. То, что казаков кровей, да в самую глушь на Сорок с лишним годков попал без вестей Батя пятерых детей любящий муж. Ёлочки-иголочки скрипят на зубах. Песня разлетается По мёртвой тайге. На разводе утреннем случилось же так Сторожил безвременный завёл о судьбе. У солдата боль в глазах. Ком где-то во рту. Вот судьба собачья! А кто-то взял след. Утром он проснулся В холодном поту. Бог простит и грешного. Так это ж мой дед! Ведь это дед его Пропал без вестей в ту войну-разлучницу. Рыдай, не рыдай, а пятой, самой маленькой из Детей, мамка его ту ж то Верою величать. Утром на разводе Метался солдат. За кого-то расспрашивал, Куда старик пропал. А закипал, ошатый, Отводили взгляд. Звали деда Яковом. Он Богу душу отдал. Ёлочки-иголочки Скрипят на зубах. Песня разлетается По мёртвой тайге. На разводе утреннем Случилось же так сторожил безвременный Завёл о судьбе.