Последний налёт

У тебя свои дела, а мои у опера. Тут последний мой налёт оборвал кино. А было тридцать мусоров вот такая опера. Не допили мы с тобой в кабаках вино. А было тридцать мусоров вот такая опера. Не допили мы с тобой в кабаках вино. Ты пришла, а судьи мне вынесли решение: Посадить меня хотят на пятнадцать лет. И никак я не пойму нарсуда крещение. Лучше б принесли в обед пару мне котлет. И никак я не пойму нарсуда крещение. Лучше б принесли в обед пару мне котлет. Ты вяжи носки в тюрьме с пяточкою крестиком. Я в ментовской кутерьме с Богом как в раю. Прилетят грачи весной то свободы вестники, И раскроют предо мной дверь в родном краю. Прилетят грачи весной то свободы вестники, И раскроют предо мной дверь в родном краю. А пока мне дверь с замком будет в брате Бойная, и поля российские снятся мне во сне. А мы не сеем на земле свою волю вольную, А кругом черемуха плещет по весне. А мы не сеем на земле свою волю вольную, А кругом черемуха плещет по весне. Так зачем же сами вы золото в ад высели? Банки с сейфами к себе тянут, как магнит. Сердце скорость наберёт посильнее дизеля, А потом тюрьма в себе долгий срок хранит. Сердце скорость наберёт посильнее дизеля, А потом тюрьма в себе долгий срок хранит. Ты вяжи носки в тюрьме с пяточкою крестиком. Я в ментовской кутерьме с Богом как в раю. Прилетят грачи весной то свободы вестники, И раскроют предо мной дверь в родном краю. Прилетят грачи весной то свободы вестники, И раскроют предо мной дверь в родном краю.