Дом родной

В тюрьме я с детства мать с тех пор Не видел. Моя тюрьма мне стала дом родной. Я, по идее, мухи не обидел, а прокурор смеялся Надо мной. Я, по идее, мухи не обидел, А прокурор смеялся надо мной. Когда мне было лет всего двенадцать, Я кинул бомбу в черный воронок. Ведь я не знал, что мне дадут пятнадцать. Я кинул две, но я считать не мог. Ведь я не знал, что мне дадут пятнадцать. Я кинул две, но я считать не мог. Я в ДВК читать, писать учился и там же Сделал первый пистолет. Хозяин школы сильно огорчился и мне добавил, Сволочь, пару лет. Хозяин школы сильно огорчился и мне добавил, Сволочь, пару лет. Я к тридцати годам попал на волю. И как на воле мне, братишке, жить? Я с малых лет впитал в себя неволю, А мне на воле предлагают быть. Я с малых лет впитал в себя неволю, А мне на воле предлагают быть. Мне участковый выписал работу, Махнул рукой: "Ты думай за себя". Он не утёк мою фартовую породу, Её понял лишь дедушка судья. Он не утёк мою фартовую породу, Её понял лишь дедушка судья. Когда судил он за подрыв машины, Сказал он: "Так, бедолага, получай. Ты доползёшь до воровской вершины, Но лет пятнадцать будешь пить лишь чай. Ты доползёшь до воровской вершины, Но лет пятнадцать будешь пить лишь чай". Провел я детство у дяди на куличках. Подвел черту, и вышло все не так. Идти работать нет такой привычки. Пускай горбатит бабушкин Ишак. Идти работать нет такой привычки. Пускай горбатит бабушкин Ишак.