Город спит

Город спит, прижавшись к серым тротуарам, Но под кожей улиц бьется чей-то пульс. В отражениях луж, в дыму над старым баром Прячется портал, меняет время курс. Сделай шаг за блик, за тонкую мембрану, Где не властен свет и не звенит металл. Там реальность шьет невидимую рану, Обнажая то, что мир от нас скрывал. Это изнанка миров, Ледяное дыхание бездны. Там, где застыли героев Забытых клинки. Все, что в обычном миру Откровенно и честно, здесь Превращается в тени и Смутные сны. Шёпот пустот и симметрия вечной Печали. Мир за холстом, где кончается наш Календарь. Мы лишь эхо богов, что в начале начал Замолчали. Бросив жизни ключи в этой тьмы раскаленный Алтарь. Здесь руины битв, которых нет в легендах. Вместо солнца нимб заброшенных планет. В скомканных обрывках сказок и преданий Рушится покой и оживает бред. Ты увидишь вы на куполе сознания Артефакты грез, застрявшие во льду. Здесь не нужно слов, не нужны оправдания. Тени тебя по изнанке миров проведут. Зеркало треснет, и ты не увидишь лица. Только изнанку, где нет ни начал, Ни конца. Сброшены маски, расплавлен привычный Уют. Здесь только тени Свою колыбельную пьют. Это изнанка миров, Ледяное дыхание бездны. Там, где застыли героев Забытых клинки. Все, что в обычном миру Откровенно и честно, здесь Превращается в тени и Смутные сны. Шёпот пустот и симметрия вечной Печали. Мир за холстом, где кончается наш Календарь. Мы лишь эхо богов, что в начале начал Замолчали. Бросив жизни ключи в этой тьмы раскаленный Алтарь. Спи, город, спи, ты лишь тонкая пленка, А за тобой бесконечная черная тишь. Изнанка поет над тобой тревожно и Тонко, Пока ты в своей колыбели спишь.