Москва

Звоном капель, вишнями в снегу, Что не тает, рассмеялась пряная весна, Озорная. Пролетела птичьих голосов шумною Рекою, расплескала краски любовь Над Москвою. А-а, да и любовь Над Москвою. И мелодией волшебных струн, Как в оконце, в платьице весеннем на ветру Засиял кусок, кусочек солнца. Кончилась зима в сердце пацана, И он твердил, как заклинание: "Девушка, Я приглашаю вас на свидание. Ах, да я такой, да, на свидание. Ах, да я такой, На свидание". По Никольской от Кремля, Лубянка, Детский мир. Купили по кусочку пиццы и в троллейбус прокатиться. Мост Кузнецкий, ЦУМ, Петровка, бар "Ладья", Потом дворами на Тверскую просочились ловко. Пушкин, переход, бульваром к МХАТу слева, Чем-то справа, пехом Бронную прошили, Три квартала в том же стиле. Патриаршие сопят уже, снится стук трамвая. А у нас затихли спящие холмы и тишина. Только Москва и мы. Встретит утро дымкою весну Молодую. Мы проснемся и разбудим день, Поцелуем. Там московские заторы, ваши Ленинские горы, Коммуналок коридоры, перекуры, Свадьбы, ссоры. Переходы, зебры, знаки, Буераки, реки, раки, чебуреки, Рынки, драки. Вот такие козенаки. В городе zero, часы пик в метро, Словно в преисподней. И почти темно. Может быть, кино, но это все завтра. Сегодня по Никольской от Кремля, Лубянка, Детский мир. Купили по кусочку пиццы и в троллейбус прокатиться. Мост Кузнецкий, ЦУМ, Петровка, бар "Ладья", потом Дворами на Тверскую просочились ловко. Пушкин, переход, бульваром к МХАТу слева, Чем-то справа, пехом Бронную прошили, Три квартала в том же стиле. Патриаршие сопят уже, им снится стук трамвая. А у нас затихли спящие холмы И тишина. Только Москва, весна и мы. Только Только Москва, Весна И мы. Только Москва, Весна И мы.