Мамаду и какаду

Беженец из Южного Судана По имени Мамаду Каждое утро вставал слишком рано, Чтоб раздобыть еду. Пока не прогреется небо над крышами Тель-Авива, Можно найти на скамейках хлеб, А также недопитое пиво. По улицам жарким и пыльным, как обычно бесцельно Гуляя, увидел Мамаду в клетке у магазина Огромного попугая. И плевать, что он знает французский язык и стоит Три кило бакса, когда рядом бродит голодный мужик, Соскучившийся по мясу. Мамаду Съел какаду. Мамаду Скушал какаду. Мамаду, Мамаду, Мамаду съел Какаду. Мамаду. Ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду. Пока продавец ел фалафель и пил апельсиновый Сок, Мамаду грохнул клетку о кафель, Запихнул попугая в мешок. Гнали за ним разъярженно, но не смогли догнать. Ну кто тут догонит африканского бешенца, Рожденного убегать? На пляже, где детки гуляют вдали от богатых Кварталов, Кушают то, что осталось у попугая на празднике Каннибалов. Зажарили гору доем птицу. Жаль, не хватило на всех. Тут как из-под земли полиция. Шалом, господа! Руки вверх. Мамаду Съел какаду. Мамаду Сожрал какаду. Мамаду, Мамаду, Мамаду, Мамаду Съел какаду. Мамаду. Ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду. Обычно Всё не по случаю, но всё же бывает причина. Когда-то Мамаду работал грузчиком у хозяина того Магазина. Когда пришло время платить за труд, Хозяин сказал ему так: "Ну если денег, Копарь, на лодки жмут, возьми себе хоть корм для Собак". При этом заржал, как тот жеребец. "Ну ты сожрался совсем, Мамаду", Смеялся его компаньон-продавец. И этот мудак какаду. Обиженно пошел за дверь нелегал, Но жизнь не осталась совсем. И тихо хозяину пообещал: "Вот вернусь и кого-нибудь Съем". Мамаду съел Какаду. Мамаду Сожрал какаду. Мамаду, Мамаду, Мамаду, Мамаду съел Какаду. Мамаду. Ду-ду-ду-ду-ду-ду. А мог бы хозяина съесть. Да. А потом они сидели на пляже, пока кто-то полиции Не вызвал. А хозяин теперь нанимает только тех, кто по-русски Говорит. Тот, кто недавно приехал. Попугаи сидят и жаловаться не будут.