Цокольный этаж

Цокольный этаж, тихий подвал. Плотными полками книги стоят. Здесь я нашел все, что искал. Сквозь мир параллельный увидел тебя. Трава зеленела, сирень распускалась. Писал о Пилате и ночью, и днем. Но только лишь платье в окне показалось, Бросал я работу, мы стали вдвоем. Ты верь, наш писатель, ведь в этом надежда, И в памяти счастья, надежды, пути. Все будет как раньше, опять, как и прежде. Мечтай, не сдавайся, ведь все впереди. Ааа. Печка трещала, лампа горела. Мы пили вино и смеялись про все. Вязала ты шапочку, весело пела. Мы знали, что здесь нас никто не найдет. Звала меня мастер моя Маргарита. Мы были неправы, но счастливы мы. Просыпалось время, как будто сквозь сито. Закончилось время, закончились сны. Ты верь, наш писатель, ведь в этом надежда, И в памяти счастья, надежды, пути. Все будет как раньше, опять, как и прежде. Мечтай, не сдавайся, ведь все впереди. Ааа. И пусть я теперь и убит, и оборван, Седая щетина на щеках растет. И пусть тот роман и сожжен, и изорван, Я в сердце храню, что никто не найдет. Скоро за окнами плющ будет виться. Я то получил, что один на миллион. И пусть это только может присниться средь тысяч Веков я увидел ее. Ты верь, наш писатель, ведь в этом надежда, И в памяти счастья, надежды, пути. Все будет как раньше, опять, как и прежде. Мечтай, не сдавайся, ведь все впереди. Ааа. И мало людей, кто такое же встретил. Какими же силами был награжден? Спросил я у месяца. Он мне ответил. Я вновь зашагал, свой надев капюшон. И ливень повсюду, столица уснула. Меня уж не вспомнит, наверно, страна. Но дерзкая мысль у меня проскользнула, Что снова вернется в подвалы весна. Ты верь, наш писатель, ведь в этом надежда, И в памяти счастья, надежды, пути. Все будет как раньше, опять, как и прежде. Мечтай, не сдавайся, ведь все впереди. Ааа.