Глава 23

Глава двадцать третья. Мистер Уэллер со свойственной ему энергией Изыскивает способы расквитаться с мистером Троттером. Рано утром, на другой день после приключения мистера Пиквика с интересной леди в желтых папильотках, В маленькой каморке по соседству с конюшней большой Белой лошади заседал мистер Уэллер старший, Занимаясь деятельными приготовлениями к обратному Путешествию в Лондон. Мистер Уэллер сидел в самой непринужденной позе, И, случись тут живописец, он непременно Воспользовался бы этим моментом, чтобы написать с Него портрет. Весьма возможно, Что в более ранний период карьеры мистера Уэллера Его профиль представлял решительный и смелый Контуры. Но благодаря хорошим харчам и завидному Умению приспосабливаться ко всяким условиям, Его выразительная физиономия значительно раздалась в Ширину, и мясистые изгибы его щек давно переступили За пределы, первоначально отведенные им природой. Так что теперь, для того, чтобы правильно судить о Чертах мистера Уэллера, надо было смотреть на него En face, а в профиль не видно было ничего, Кроме самого маленького кончика его сизо-багрового Носа. Подбородок мистера Уэллера по тем же причинам Приобрел солидную и внушительную форму, Которая в просторечии обозначается эпитетом двойной, А цвет его лица представлял ту пеструю смесь Разнообразных оттенков, какую можно наблюдать только У джентльменов его профессии, да еще на куске Недожаренного ростбифа. На шее он носил широкий малиновый шарф, До такой степени подходивший по цвету к его Подбородку, что требовалось усилие внимания, Чтобы отличить складки одного от складок другого. Поверх шарфа на нем красовался длинный, Желтый с розовым, полосатый жилет, А поверх жилета широкополый зеленый сюртук, Украшенный по всем швам большими медными пуговицами. Причем две нижние, приходившиеся на желудке, Давно уже забыли то время, когда могли видеть друг Друга. Из-под низенькой коричневой шляпы с необъятными Полями чуть-чуть виднелись его плоские черные Волосы, короткие плиссовые брюки высокие сапоги с Отворотами плотно обхватывали его массивные ноги. На просторной груди живописно болталась медная Цепочка с медной печатью и медным ключиком от часов. Мы уже сказали, что мистер Уэллер деятельно Готовился к обратному путешествию в Лондон. Говоря яснее, он подкреплял себя пищей на дорогу. На столе перед ним возвышались большая кружка с Элем, большой кусок холодной говядины и Предпочтенная краюха хлеба. И мистер Уэллер с самым строгим беспристрастием Удостаивал их поочередно своим благосклонным Вниманием. Он только что отрезал четвертый ломоть Хлеба, собираясь закусить им четвертый кусок Говядины, как вдруг чьи-то шаги заставили его Обернуться, и, взглянув на дверь, он узрел своего Единородного сына. "С добрым утром, Сэмми! Хорошо ли почивал?" Приветствовал его нежный родитель. Вместо всякого ответа сын подошел к столу, Взял в обе руки кружку с элем и, Выразительно мотнув головой в сторону родителя, Принялся не спеша тянуть живительную влагу. "Однако же ты ловко присасываешься, Сэмми", заметил мистер Уэллер-старший, Заглянув в кружку после того, как его первенец Поставил ее на стол почти пустую. "Знаешь, из тебя вышла бы превосходная устрица. Очень жаль, что ты не родился в этом сословии". "Насчет устрицы не знаю, а что погребщик из меня Вышел бы хороший, это верно. Уж у меня ни одна бутылочка не скисла бы", Отвечал Сэм, принимаясь за говядину. "Не можешь себе представить, Сэмми, Сказал мистер Уэллер-старший, взбалтывая кружку с Остатками эля, который собирался допить. Не можешь себе представить, как ты огорчил меня Своим рассказом. Поддаться на удочку какому-то Дураку в малиновой ливрее. Стыд и позор. Три дня тому назад я бы не поверил, Что с родным моим детищем могла случиться такая Глупая штука. Уэллеры всегда умели постоять за себя, Сэмми". "Только не перед вдовами", заметил Сэм. "Вдовы, повторил мистер Уэллер, Чуть-чуть меняясь в лице. Вдовы, Сэмми, исключение. Про вдов законы не писаны. Знаешь, умные люди говорят: где мало семерых чертей, Пошли одну вдову. Вот только семерых ли или больше, Наверное, не помню". "Да вполне и семерых", Вставил Сэм. "И потом, продолжал мистер Уэллер, Не обратив внимания на этот перерыв. И потом, Сэмми, тут совсем другая статья деликатного Свойства, можно сказать. Знаешь ты, что сказал один адвокат, Защищая на суде джентльмена, который имел привычку Колотить жену кочергой, когда бывал в духе? 'Да, господа судьи, согласен, это слабость, Но слабость простительная'. Вот что он сказал, Сэмми. Это самое говорю и я относительно вдов. Да и ты, мой друг, скажешь то же, как Поживешь с моей". "Правда, правда, старина. Я и сам знаю, что опростоволосился", сказал Сэм. "Опростоволосился, подхватил мистер Уэллер, Стукнув по столу кулаком. Еще бы нет! Осрамился, брат, как самый последний Дурень. Да вот недалеко ходить. Есть у меня знакомый парень, уж на что не Боек и вполовину не получил такого воспитания, Как ты. О том, как спят на улицах и Понятия не имеет. А и тот сгорел бы со Стыда, сгорел бы со стыда, Сэмми, Случись с ним такой казус". И в пылу нестерпимого волнения, Забушевавшего в его груди от этой ядовитой мысли, Мистер Уэллер позвонил и приказал подать вторую Пинту эля "Ну что тут толковать? Теперь уже не поможешь", проговорил Сэм. "Знаешь, что с возу упало, то пропало, Как говорят в Турции, когда по ошибке отрежут голову Не тому, кому надо. Не горюй, старина, Теперь мой черед. Попадись мне только этот Троттер, Уж я заплачу ему долг и с процентами". "Надеюсь, Сэмми, надеюсь. За твое здоровье, мой друг, и дай Бог тебе Удачи. Сотри позорное пятно, которым ты покрыл Фамильное имя, и тогда приди в мои объятия. Я с гордостью назову тебя сыном. За твою удачу, Сэмми!" И желая доказать всю искренность своего пожелания, Мистер Уэллер-старший выхватил одним духом по Крайней мере две трети принесенной кружки, После чего передал ее сыну, который не замедлил Осушить ее до дна. "А теперь пора и в путь, продолжал мистер Уэллер, Поглядев на большие серебряные часы, Которыми оканчивалась вышеописанная медная цепочка. Надо еще забежать в контору, присмотреть за Погрузкой дилижанса. Дилижансы, Сэмми, то же, что ружья. Надо заряжать их умеючи, если не хочешь, Чтобы они рассыпались". При этой назидательно профессиональной шутке Почтенного родителя почтительный сын нежно Улыбнулся. Почтенный родитель остался серьезен и продолжал Торжественным тоном: "Расстаемся мы с тобой, дружок Сэмюэль, И Господь его ведает, когда опять увидимся. Может, помру. Ты ведь знаешь, Сэмми, Твоей мачехой, чего доброго, и без болезни Переселишься в лучший мир. А может, и другое что приключится, прежде чем ты Услышишь опять о знаменитом Уэллере из прихода Прекрасной дикарки. Помни, Сэмми, ты да я тут и вся наша Фамилия. Я надеюсь, что ты не посрамишь имени Уэллера. Что касается воспитания, Манер и прочих мелочей жизни, я знаю, Что могу положиться на тебя как на самого себя, И потому не стану распространяться на этот счет. Но есть один вопрос, Сэмми, важный вопрос. И тут, уж не взыщи, я дал тебе совет: Когда перевалит тебе за пятьдесят, И вдруг, чего Боже, оборони, взбредет тебе в голову Шальная фантазия жениться, все равно на ком, Беги ты без оглядки в свою комнату, Если у тебя будет комната, запрись на ключ и Отравись. Вешаться не следует вульгарная смерть, А именно отравись. Помни же, мой друг, непременно отравись, Потом и сам будешь рад, вот увидишь". Разрешившись этим трогательным напутствием, Мистер Уэллер выразительно взглянул на сына и, Повернув налево кругом, исчез. Приведенный в меланхолически-созерцательное Настроение последними словами своего родителя, Мистер Уэллер машинально вышел за ворота "Большой Белой лошади" и направил свои стопы к церкви Святого Климентия. Здесь, за оградой старинного здания, он принялся Бесцельно бродить туда-сюда, стараясь рассеять свою Меланхолию. Спустя четверть часа или около того, Он очутился, сам не зная как, на каком-то уединенном Дворе весьма почтенной наружности, не имевшем, Как оказалось, другого выхода, кроме калитки, Через которую вошел Сэм. Он уже собирался повернуть назад, как вдруг одно Неожиданное явление предстало его изумленному взору, И ноги его сами собой приросли к месту. Сейчас мы объясним подробно, как все это произошло и Какого рода было поразившее Сэма явление. Погруженный в свою меланхолию мистер Уэллер Бесцельно смотрел на старые кирпичные здания, Окружавшие двор, подмигивая по временам какой-нибудь Краснощекой служанке, поднимавшей штору или Отворявшей окно. Вдруг он увидел, что в маленьком садике в глубине Двора отворилась зеленая калитка. Из калитки вышел человек, тщательно запер ее за Собой и направился быстрыми шагами к тому самому Месту, где стоял мистер Уэллер. Само собой разумеется, что если взять этот факт в Отдельности, опустив сопутствующие ему маленькие Обстоятельства и подробности, то мы не найдем в нем Ровно ничего необыкновенного. Во многих частях света есть садики с зелеными Калитками, и, вероятно, из всех из них выходят люди, Запирают за собой калитки и даже направляются Быстрыми шагами по своим надобностям, Не обращая на себя чьего-либо исключительного Внимания. Ясно, стало быть, что или в наружности, Или в манере человека, вышедшего именно из этой Калитки, было что-нибудь особенное, что обратило на Себя внимание мистера Уэллера. Но пусть лучше читатель судит сам после того, Как мы представим ему точное описание поведения Вышеупомянутого субъекта. Заперев за собой зеленую калитку, незнакомец, Как было уже сказано, направился быстрыми шагами к Тому концу двора, где был выход. Но лишь только завидел он мистера Уэллера, как вся Его манера разом изменилась. Он отшатнулся назад, приостановился, Потом сделал несколько нерешительных шагов, Видимо, колеблясь, не повернуть ли ему назад. Но так как зеленая калитка была заперта, А впереди был только один выход, то он скоро Понял, что ему нет другого выбора, как пройти мимо Мистера Уэллера. Придя к такому выводу, он зашагал быстрее прежнего и С решительным видом направился вперед, глядя прямо Перед собой. Самое удивительное в этом человеке было то, Что вся его физиономия корчилась и дергалась, И складывалась в самые необычайные гримасы, Одну страшнее и поразительнее другой. Можно, наверное, сказать, что ни один кусок глины не Проходил стольких изменений в руках самого Капризного художника, сколько прошло их лицо этого Человека в каких-нибудь десять секунд. "Странно, подумал мистер Уэллер, Когда незнакомец подошел ближе. Я готов был поклясться, что это он". Между тем незнакомец все приближался, и с каждым Шагом гримасы на его лице становились страшнее и Страшнее. "Будь я проклят, если это не его ливрея, Продолжал рассуждать про себя мистер Уэллер, да и Волосы его. Только я в жизнь свою не видал Такой смертельной хари". Тут незнакомец подошел совсем близко, и лицо его Скорчилось в какую-то уже совершенно невиданную Нечеловеческую гримасу. Но когда он поравнялся с мистером Уэллером, острый Взгляд этого джентльмена открыл под этой маской одну Знакомую черту крошечные черные глазки такого Разительного сходства с глазами мистера Иова Тротера, в котором трудно было ошибиться. "Эй, вы, приятель!" Закричал Сэм свирепым голосом. Незнакомец остановился. "Эй, вы, послушайте!" Повторил Сэм громче прежнего. На ужасающем лице незнакомца выразилось глубочайшее Изумление. Он поглядел вперед, обернулся назад, Поднял глаза на окна ближайшего дома. Словом, заглянул всюду. Не взглянул только на мистера Уэллера и, Наконец, пошел своей дорогой. "Постойте же, говорят вам!" Закричал Сэм в третий раз. Притворяться дольше было нельзя, и незнакомец Взглянул на Сэма. "Ну, мистер Тротер, хорошего понемножку. Будет ломаться", сказал Сэм. "Вы вовсе не так хороши собой, чтобы пренебрегать Теми немногими ресурсами, какими наделила вас Природа. Перестаньте косить глаза, Или я заставлю их смотреть прямо. Видите этот кулак?" Убедившись, что мистер Уэллер вполне расположен Подкрепить свою угрозу соответственным действием, Мистер Тротер позволил своему лицу принять его Природное выражение, после чего сделал радостный Прыжок навстречу своему другу и весело воскликнул: "Кого я вижу, мистер Уокер!" "Так вы рады меня видеть, а?" "Я-то?" подхватил Иов. "Ах, мистер Уокер, кабы вы только знали, Как я мечтал об этой встрече. Нет, не могу. Это такое счастье. Я, кажется, задохнусь от восторга". И, вероятно, в подтверждение искренности своих Чувств мистер Тротер широко раскрыл объятия и прижал Мистера Уэллера к своей пылкой груди, обливаясь Горючими слезами. "Убирайтесь к черту!" Закричал разозленный Сэм, делая тщетные усилия Высвободиться из этих восторженных объятий. "Убирайтесь! Чего вы расхныкались надо мной, Как старая баба?" "Потому что я рад вас видеть, мистер Уокер, Ответил Иов, когда первый пыл его восторгов немножко Поутих. Я так счастлив". "Будто! Ну-с, а теперь что вы имеете сказать в Свое оправдание?" Мистер Тротер молчал, ибо розовый клетчатый платочек Снова выступил на сцену. "Я спрашиваю, приятель, что вы имеете мне сказать, Прежде чем я расшибу вашу мерзкую башку?" Повторил мистер Уэллер угрожающим тоном. "Как? Что такое?" Пролепетал мистер Тротер с видом добродетельного Изумления. "Что вы скажете в свое оправдание?" "Я, мистер Уокер?" "Не называйте меня Уокером. Моя фамилия Уэллер. Вы отлично это знаете. Ну-с, что же вы мне скажете?" "Что я скажу вам, мистер Уокер, то бишь Уэллер? Очень многое скажу. Только как же? Здесь неудобно. Если вы соблаговолите пойти со мной Куда-нибудь, где мы можем поговорить без помехи, Я все вам расскажу. Ах, как я искал вас, мистер Уэллер". "Воображаю", заметил сухо Сэм. "Так искал, так искал, что просто и сказать нельзя, Продолжал Иов, не моргнув глазом. Но что же это я? Мы ведь и не Поздоровались. Вашу руку, мистер Уэллер". Сэм поглядел на него пристальным взглядом и потом, Как бы осененный какой-то новой мыслью, Протянул руку. "Как поживает ваш добрый господин, Мистер Уэллер? заговорил любезно мистер Тротер, Когда они прошли несколько шагов. Хороший барин, истинный джентльмен, Можно сказать. Надеюсь, что он не простудился в Ужасную ночь". При этих словах в маленьких глазах мистера Тротера Блеснула искорка лукавства. У Сэма так и зачесались руки помять ребра этой Лисе, однако он сдержался и отвечал, Что его господин совершенно здоров. "Как я рад! воскликнул мистер Тротер. Он теперь здесь?" "А ваш здесь?" Спросил Сэм вместо ответа. "Увы, здесь. Я с грустью должен сказать, мистер Уэллер, что он Становится хуже и хуже день ото дня. Он делает ужасные вещи". "В каком же роде, если не секрет?" "Ужасные, возмутительные". "Опять пансион?" "Нет, теперь уж не пансион, отвечал добродетельный Иов. И снова знакомые Сэму искорки забегали в его Глазах. Теперь другое". "Может быть, дом с зеленой калиткой?" Спросил Сэм, не спуская глаз со своего собеседника. "О, нет, нет, совсем нет, отвечал мистер Тротер с Несвойственной ему живостью. Дом с зеленой калиткой тут ни при чем". "А что вы там делали? Спросил лукаво Сэм. Должно быть, нечаянно зашли, А?" "Вам я скажу, мистер Уэллер, отвечал торжественно Иов. От вас у меня нет секретов. Недаром мы с вами почувствовали влечение друг другу С первой же встречи. Помните, как весело мы провели время в то утро В буфетной?" "Конечно, помню, проговорил с досадой Сэм. Ну, в чем же дело?" "Вот видите ли, мистер Уэллер, отвечал Иов тоном Человека, который собирается открыть важную тайну. Вот видите ли, в том доме очень много прислуги". "Этому нетрудно поверить, судя по его размерам", Заметил Сэм. "Ну так вот, продолжал мистер Тротер, Живет там в числе прочих одна кухарка, А у кухарки-то водятся деньжонки. И решила она, мистер Уэллер, если удастся ей Пристроиться за хорошего человека, решила она Завести молочную лавочку. Она сама мне говорила". "Вот как". "Именно, сэр. И надо вам сказать, мистер Уэллер, что встретились Мы с ней в капелле. Хорошая такая чистенькая часовенка. Там поют те самые гимны, что я всегда ношу С собой в кармане. Может, видали? Маленькая коричневая книжка. Ну вот, встретились мы, мистер Уэллер, Встретились и познакомились. И кажется, кажется, что мне придется сделаться Хозяином. Решила она завести мелочную лавочку". Она сама мне говорила. "Что ж, вы будете там как раз на своем Месте", проворчал Сэм, взглянув на своего приятеля с Выражением глубочайшего отвращения. "Дело не в том, сэр, окажусь ли я на Своем месте или нет. Невыгода меня прельщает, продолжал мистер Троттер, Глаза его наполнились слезами. Главное, чем я дорожу в этой комбинации, Мистер Уэллер, это то, что тогда я могу наконец Развязаться с тем низким человеком и посвятить все Свои силы служению добродетели, В правилах коей я был воспитан". "Должно быть, ваши родители очень заботились о вашем Воспитании", заметил Сэм. "Так заботились, мистер Уэллер, как это редко Встречается в нашем кругу". И при воспоминании о голубиной чистоте своих Младенческих дней мистер Троттер вынул из кармана Свой розовый платочек и заплакал в три ручья. "Воображаю, какой вы были приятный ребенок и как вас Любили школьные товарищи", сказал Сэм. "Вы угадали, сэр, отвечал с глубоким вздохом Иов. Я был идолом всей школы". "Меня это ничуть не удивляет. А каким, должно быть, утешением вы были для вашей Счастливой матушки!" При этих словах мистер Троттер приложил свой Платочек сперва к правому, потом к левому глазу и Зарыдал горше прежнего. "Вот человек! Просто всякое терпение лопнет, Сказал с негодованием Сэм. Ну какого черта вы теперь-то оплакиваете? Свою погибшую добродетель, что ли?" "Простите, мистер Уэллер, никак не могу справиться Со своими чувствами, проговорил мистер Троттер, Наплакавшись вволю. Когда я только вспомню, как низко поступил со мной Мой господин, так слезы и льются сами собой. Представьте, ведь он пронюхал тогда о нашем Разговоре. И что же он сделал, бессовестный человек? Уговорил молодую особу, чтобы она отреклась от Всякого знакомства с ним, подкупил начальницу, Уверил обеих, что ему необходимо уехать по делам, И был таков. И меня с собой насильно увез. Ах, мистер Уэллер, меня и сейчас лихорадка бьет, Когда я только вспомню, как все это тогда вышло". "Ха! Так вот как оно вышло тогда", Проговорил мистер Уэллер. "Разумеется". В это время они подошли к воротам гостиницы. "Ну хорошо, пусть так, сказал Сэм. А теперь вот что, Иов Троттер. Мне все-таки нужно с вами потолковать, поэтому, Если вы располагаете свободным временем, я попросил Бы вас зайти в эту гостиницу. Сегодня часов этак около восьми". "Непременно зайду", отвечал Иов. "Я советовал бы вам быть аккуратным, Продолжал Сэм, сопровождая свои слова выразительным Взглядом. А не то я ведь и сам могу Наведаться за зеленую калитку. И тогда... Одним словом, если вам это будет Приятно". "Я приду, сэр, будьте покойны". И, горячо пожав руку своего друга, мистер Троттер Ушел. "Берегись, Иов Троттер, берегись, Пробормотал Сэм, глядя ему вслед. На этот раз не увернешься. Я еще покажу тебе, как шутить с Сэмом Уэллером". Облегчив свою душу этим монологом, мистер Уэллер Проводил глазами своего приятеля до ближайшего угла И, когда тот скрылся из вида, повернул в ворота И отправился в спальню своего господина. "Машина в ходу, сэр", сказал Сэм. "Какая машина? Спросил мистер Пиквик. "Я нашел их, Сэр!" "Кого?" "Да вашего благоприятеля с его черномазым товарищем, У которого еще глаза на мокром месте". "Быть не может! Воскликнул мистер Пиквик с величайшей энергией. Где же они? Где?" "Погодите, сэр, Все по порядку". И пока мистер Пиквик одевался, Сэм описал ему со всеми подробностями хитроумный План, на основании которого он решил действовать. "Когда же это будет, Сэм? Спросил мистер Пиквик, когда тот кончил. "Надо выждать момент, отвечал Сэм. Скоро мы увидим, как блистательно выполнил мистер Уэллер свой план военной кампании".