Глава 25, Чт. 2

Миссис Нэпкинс была величественная женщина в красном Газовом тюрбане и светло-русом парике. Кроме парика и тюрбана, она отличалась чрезвычайно Раздражительным характером и неистощимым запасом Дворянского гонора. Мисс Нэпкинс была вылитая мамаша, только без парика И без тюрбана. Благодаря двум вышеупомянутым Свойствам своей натуры и маменька, И дочка частенько попадали впросак и когда это Случалось, сваливали свою вину на мистера Нэпкинса. Таким образом, когда мистер Нэпкинс пришел к миссис Нэпкинс и передал ей со всеми подробностями то, Что узнал от мистера Пиквика, миссис Нэпкинс Внезапно припомнила, что она всегда это знала и Давно ожидала такой развязки. Она всегда говорила, что этим кончится, но ее Советов никогда не слушают, ее мнение нуль, А она в этом доме пешка и так далее, И так далее. "Подумать только, что из меня сделали такую дуру", Простонала миссис Нэпкинс, вынимая по слезинке из Каждого глаза. "Можешь поблагодарить за это своего папа, Моя милая, сказала миссис Нэпкинс. Как я умоляла его разузнать толком о семейных связях Капитана. Сколько раз я настаивала, даже требовала, Чтобы он предпринял наконец что-нибудь решительное. Скольких слез мне это стоило. Никто теперь этому не поверит, никто". "Но послушай, душенька, ведь ты сама", Начал было мистер Нэпкинс. "Не говорите со мной, несносный человек, Не говорите", закричала миссис Нэпкинс. "Но право же, душечка, ты сама восхищалась капитаном Фицмаршалом, постоянно приглашала его к нам, Со всеми знакомила, кричала о нем на всех Перекрестках". "Что, Генриетта, не говорила я, Что так будет? воскликнула миссис Нэпкинс, Взывая к дочери с видом оскорбленной невинности. Не говорила я, что твой папа воспользуется первым Удобным случаем, чтобы свалить все на меня?" И миссис Нэпкинс зарыдала. "О, папа, проговорила с упреком мисс Нэпкинс и Принялась вторить своей матери. Сам не хотел ничего слушать, сделал нас посмешищем Всего города и теперь меня же попрекает, жестокий Человек, рыдала миссис Нэпкинс. С каким лицом мы покажемся теперь в обществе? Вопила мисс Нэпкинс. Какими глазами будем смотреть на Поркингамов?" "И на Григсов, подхватила дочка. И на Сломинтоукенсов", добавила мамаша. "Но что это значит для твоего папа? Разве он заботится о нас? Да умри мы сию минуту, он и ухом не Поведет". При этой ужасной мысли рыдания миссис Нэпкинс превратились в истерический вопль, И мисс Нэпкинс, как истинная дщерь своей матери, Принялась дружно подвывать. Слезы миссис Нэпкинс лились, как река, Но это не мешало ей обдумывать про себя, Как бы лучше выйти из затруднительного положения. Когда наконец в голове у нее созрело определенное Решение, слезы разом иссякли, и она очень Обстоятельно изложила своему мужу следующий план. Мистер Пиквик и его друзья останутся у них до Вечера и таким образом увидят капитана. Если окажется, что мистер Пиквик сказал правду, Они спровадят капитана подобру-поздорову, Не делая лишней огласки. А чтобы объяснить Поркингамам его исчезновение, Скажут, что по протекции своих родственников, Которые пользуются огромным влиянием при дворе, Он назначен генерал-губернатором в Сьерра-Леоне или На Бермудские острова, или в какое-нибудь другое из Тех завидных мест, которые так очаровывают Европейцев своим благорастворенным климатом, Что те, раз туда собравшись, никогда почти не Возвращаются назад. Как только мамаша осушила свои слезы, Дочка тоже развеселилась. Мистер Нэпкинс был в восторге, что так дешево Отделался и отправился приглашать к обеду мистера Пиквика и его друзей. Смыв с себя следы своего утреннего приключения, Все четверо были представлены дамам и уселись Обедать. А мистер Уэллер, которого судья со Свойственной ему проницательностью раскусил в Какие-нибудь полчаса и убедился, что это чудеснейший Малый, был сдан на попечение Мэтсля. Следуя строгому внушению своего начальника, Мистер Мэтсль очень любезно взял Сэма под руку и Повел на кухню. "Как вы поживаете, сэр?" Спросил он гостя, когда они спускались вниз. "Покорно благодарю, отвечал Сэм. В состоянии моего здоровья не произошло никаких Особенных перемен с тех пор, как я видел вас Полчаса тому назад за стулом вашего барина". "Вы меня извините, что я тогда не обратил на Вас внимания, сказал мистер Мэтсель. Нас ведь тогда еще не познакомили. Ах, если бы знали, мистер Уэллер, как вы понравились Моему барину". "Неужели? Отозвался Сэм. Мне он тоже понравился. Добрый малый, должно быть". "Не правда ли?" "И такой весельчак, Прибавил Сэм. "А как говорит, подхватил мистер Мэтсель, мысли текут как река". "Как водопад, поправил Сэм. Шумят, гремят, скачут друг через дружку. Ни одной не поймаешь за хвост. Поразительно". "В этом-то и достоинство его слога, Сказал мистер Мэтсель. Осторожней, мистер Уэллер, последняя ступенька Кривая. Ну вот мы и пришли. Не желаете ли умыться, прежде чем я представлю вас Дамам? Вот чашка, вот вода, за дверью висит чистое Полотенце". "Почиститься не мешает, заметил мистер Уэллер и, Вооружившись желтым мылом, принялся так усердно Полировать свое лицо, что оно заблестело, Как медный таз. А много у вас здесь дам?" "На кухне только две: кухарка и горничная. Мы держим еще мальчика и судомойку для черной Работы, но они обедают в прачечной". "Чином, значит, не вышли", заметил мистер Уэллер. "Да, отвечал Мэтсель. Мы было попробовали сажать их за свой стол, Но нет никакой возможности. Помилуйте, у девчонки страшно вульгарные манеры, А мальчишка так сопит, когда ест, что, С позволения сказать, тошнит на него глядя". "Ах, он поросёнок!" Сказал Сэм. "Совершенный поросёнок, Согласился мистер Мэтсель. Одно слово, деревенщина. Вы не поверите, мистер Уэллер, как неприятно служить В провинции. Дикари, сэр, никакого воспитания. Сюда, сэр, пожалуйте за мной". И, подталкивая гостя под локоть с величайшей Учтивостью, мистер Мэтсель повел его на кухню. "Мэри, сказал мистер Мэтсель, обращаясь к Хорошенькой служанке. Позвольте вам представить Мистер Уэллер. Барин просит вас быть с ним Полюбезнее, чтобы он не соскучился с нами". "Ваш барин, я вижу, мастак, умеет ублаготворять Своих гостей, проговорил мистер Уэллер, Бросая восхищенный взгляд на хорошенькую Мэри. Будь я вашим барином, я бы знал, куда бы Мне войти, чтоб не соскучиться". "Ах, что вы это, мистер Уэллер", Прошептала Мэри, зардевшись как маков цвет. "Дерзкий мужчина!" Взвизгнула кухарка. "Ах, боже мой, извините, сударыня, Про вас-то я забыл", сказал ей мистер Мэтсель. "Мистер Уэллер, позвольте вас представить". "Мое почтение, сударыня. Очень рад с вами познакомиться и надеюсь, Что наше знакомство переживет этот день, Как сказал один промотавшийся джентльмен, Обращаясь к своей последней гинее". Когда церемония представления кончилась, кухарка и Мэри удалились на минуту за перегородку, Чувствуя потребность поговорить по душам. Потом вернулись, краснея и хихикая, и вся компания Уселась за обед. Свободные манеры и разговорные таланты мистера Уэллера так очаровали его новых знакомых, Что еще не успели убрать со стола, как хозяева И гость уже сошлись на самую короткую ногу, И дамы знали во всех подробностях повесть о гнусных Похождениях мистера Иова Троттера. "Я всегда ненавидела этого Иова", Сказала Мэри. "Вы должны были ненавидеть его по Закону природы", отвечал мистер Уэллер. "Отчего?" "Оттого, что безобразие плутни не могут Уживаться с красотой и добродетелью. Так ли я говорю, мистер Мэтсель?" "Как по писаному", отвечал этот джентльмен. Мэри засмеялась и сказала, что ее рассмешила Кухарка. Кухарка тоже засмеялась и сказала, Что и не думала ее смешить. "Где ж это мой стакан?" Спросила вдруг Мэри. "Пейте из моего, моя радость, любезно предложил Мистер Уэллер. Приложите ваши губки вот к этому Месту, а я выпью после вас, и мне будет Казаться, что я вас поцеловал". "Как вам не стыдно, мистер Уэллер?" "Чего ж мне стыдиться, голубушка?" "Говорить такие глупости". "Вздор! Что же тут дурного? Моими устами говорит сама природа. Не правда ли, почтенная хозяюшка?" "Не спрашивайте меня, бесстыдник", Отвечала кухарка в неописанном восторге. Тут обе дамы расхохотались до того, Что Мэри чуть не подавилась куском холодной говядины И была спасена от смерти только благодаря нежной Заботливости мистера Уэллера, который, Не теряя времени, принялся колотить ее в спину и Оказал ей другие услуги не менее деликатного Свойства. Когда веселье было в самом разгаре, У калитки послышался громкий звонок, И молодой джентльмен, сосланный в прачечную за Вульгарные манеры, побежал отворять. Мистер Уэллер находился в последнем градусе Влюбленности и ухаживал напропалую за хорошенькой Мэри. Мистер Мэтсель усердно потчевал честную Компанию, а кухарка только что перестала хохотать и Собиралась приняться за жаркое, когда дверь с шумом Отворилась и в комнату вошел мистер Иов Троттер. Мы сказали: мистер Троттер вошел, Но, вопреки выработанному нами правилу строго Придерживаться фактов, на этот раз наши показания Страдают неточностью. Дверь действительно отворилась, и мистер Троттер Показался на пороге. Конечно, он хотел войти и, без сомнения, вошел бы, Но дело в том, что, увидев мистера Уэллера, Он невольно попятился назад и вытаращил глаза на Неожиданную сцену, остолбенев от изумления и страха. "Вот и он! Закричал Сэм, вскакивая ему навстречу с сияющим Лицом. А мы только что об вас говорили. Как ваше драгоценное здоровье? Из каких стран прикатили? Пожалуйте, милости просим". И, ухватив робевшего Иова за воротник его малиновой Ливреи, мистер Уэллер вытащил его на середину кухни, Запер дверь на замок и отдал ключ мистеру Мэтселю, Который очень хладнокровно положил его в карман. "Какое счастливое стечение обстоятельств, Продолжал Сэм. Вообразите себе, мой господин имеет Удовольствие беседовать с вашим наверху, А я в эту самую минуту встречаю вас здесь. Редкостный случай! Ну что же, рассказывайте, Как ваши дела. Небось, уже хозяйничаете в мелочной лавочке. Угадал? Угадал. Вижу по глазам. Недаром у вас такое счастливое лицо. Посмотрите на него, мистер Мэтсель. Не правда ли, у него счастливое лицо?" "Замечательно счастливое", сказал мистер Мэтсель. "Так и сияет разбойник". "Как солнце", подтвердил мистер Мэтсель. "И как он нам рад! Ууу, душончек мой миленький. Что же вы стоите? Садитесь, мой драгоценный, Садитесь". Мистер Троттер дал себя усадить в кресло, Даже не пытаясь сопротивляться. Он смотрел то на мистера Уэллера, то на мистера Мэтселя, ёжился, моргал своими маленькими глазками, Но ничего не говорил. "А теперь, продолжал Сэм, позвольте мне из Любознательности спросить у вас в присутствии этих Дам, за кого вы считаете одного известного вам Добродетельного молодого человека, который так ловко Действует розовым клетчатым платочком и зачитывается Душеспасительной книжечкой в коричневом переплете?" "И который собирается жениться на кухарке, Прощелыга", подхватила рассерженная леди. Чтобы возвратиться на путь добродетели и заняться Мелочной торговлей, добавила Мэри. А я вам вот что скажу, молодой человек, Заговорил торжественно Мэтсель. Вот эта почтенная леди, он показал на кухарку, Моя невеста. Следовательно, когда вы заводите свои турусы на Колесах о мелочных лавочках и тому подобном, Вы оскорбляете меня в самых нежных моих чувствах. А такие оскорбления не прощаются, сэр. Вы меня понимаете? Тут мистер Мэтсель, Гордившийся вообще своим слогом, в котором он Подражал своему барину, замолчал, ожидая ответа. Но мистер Троттер ничего не ответил, и Мэтсель Продолжал с прежней торжественностью. Весьма вероятно, сэр, что вас еще не скоро потребуют Наверх, ибо в настоящую минуту мой господин сводит Счеты с вашим господином. Таким образом, мы с вами имеем достаточно времени Для объяснений. Вы меня понимаете? Мистер Мэтсель опять замолчал, но мистер Троттер Решительно не желал говорить. Нечего делать, сказал мистер Мэтсель. Как это ни неловко, но придется объясниться при Дамах. Надеюсь, они меня извинят, принимая во Внимание беспримерность настоящего казуса. Комната за перегородкой свободна, сэр. Если вы соблаговолите пожаловать туда на минутку, Мы успеем кончить дело к общему удовольствию. Мистер Уэллер, вероятно, не откажется быть Свидетелем. Пожалуйте, сэр. С этими словами мистер Мэтсель направился к Перегородке и, чтобы не терять времени, стал по Дороге снимать свой сюртук. Едва услышала кухарка заключительные слова этого Свирепого вызова и увидела, что мистер Мэтсель Готовится привести его в действие, как испустила Пронзительный крик, налетела на мистера Иова Троттера и принялась хлестать обеими руками по его Широкому плоскому лицу с такой завидной энергией, На какую может быть способна только обозлившаяся Женщина. Не довольствуясь этим, она запустила все десять Пальцев в длинные черные волосы несчастного Джентльмена и выдрала два таких огромных пучка, Что из них смело бы вышло несколько дюжин самых Больших траурных колец. Исполнив этот подвиг самоотвержения со всем пылом, Какой только могла ей внушить ее преданная любовь к Мистеру Мэтселю, и будучи дамой с тонкими и нежными Чувствами, почтенная леди зашаталась и, Осторожно опустившись на пол головой под стол, Лишилась сознания. В эту минуту зазвонил колокольчик. Вас требуют наверх, Иов Троттер, Сказал Сэм. И прежде чем мистер Троттер имел время Что-нибудь ответить, прежде даже, Чем он успел осмотреть свои раны, мистер Уэллер Схватил его за одну руку, мистер Мэтсель за другую. Один потащил его за собой, другой стал подталкивать Сзади, и в таком виде все трое явились наверх В гостиную. Здесь взорам их представилась поразительная картина. Альфред Джингль, эсквайр, капитан Фитцмаршалл тоже Стоял у дверей со шляпой в руке и с Ясной улыбкой на устах, вполне, по-видимому, Равнодушный к своему критическому положению. Против него, величественный, грозный, стоял мистер Пиквик. Было видно по всему, что почтенный Джентльмен только что преподал своему врагу Красноречивый урок высокой нравственности. Левая его рука была закинута под фалды его фрака, А правая вздымалась в воздухе. Обыкновенная поза великого человека, когда он Изъяснялся о высоких предметах. В некотором отдалении стоял мистер Топман с Искаженным от гнева лицом, придерживаемый за фалды Своими младшими друзьями. Задний план картины занимала семейная группа: Мистер Нэпкинс, миссис Нэпкинс и мисс Нэпкинс, Мрачные, огорченные и величественные. В ту минуту, когда Иов со своим конвоем показался В дверях, мистер Нэпкинс декламировал с уничтожающим Достоинством. Что мешает мне наказать этих людей? Что мешает мне отдать их в руки правосудия, Как плутов и бродяг? О, глупое сострадание! О, недостойная слабость! Что мешает мне- Гордость, старикашка, гордость, Отвечал мистер Джингль с полнейшей развязностью. Подцепили капитана, богатого зятя, А капитан-то тю-тю. Ха-ха! Скверный казус. Огласка. Старичок в дураках. Глупо, очень глупо. Презренный, произнесла с достоинством миссис Нэпкинс. Нас не трогают ваши низкие намеки. Я всегда его ненавидела, прибавила Генриетта. Понятно, подхватил Джингль. Высокий молодой человек, прежний воздыхатель, Сидни Поркенгам. Богач, молодец. Но капитан еще богаче. К черту Сидни, примемся за капитана. Капитан аристократ, капитан красавец. Такой-сякой не мазаный. Капитана носят на руках, капитаном бредят. Все девицы от него без ума. Так ли, Иов? И мистер Джингль весело расхохотался. Со своей стороны и мистер Троттер заявил о себе В первый раз с той минуты, как вошел в Дом. С восторгом потирая руки, он закатился тихим, Почти беззвучным смехом, точно весь этот спектакль Доставлял ему такое безграничное наслаждение, Что он скупился поделиться им с другими. Мистер Нэпкинс, надо это прекратить, Сказала старшая леди. Прислуга не должна присутствовать при таких сценах. Прикажите убрать этих негодяев. Сию минуту, душенька. Мэтсель! Что прикажете, ваша милость? Отворить наружную дверь. Слушаю, ваша милость. Вон из моего дома, Мерзавцы, прогремел мистер Нэпкинс, Сделая величественный жест правой рукой. Джингль улыбнулся и двинулся к дверям. Постойте, сказал мистер Пиквик. Джингль остановился. Знаете, начал мистер Пиквик, что я мог бы отплатить Вам вдесятеро сильнее за ту подлую штуку, Которую сыграли со мной вы и ваш лицемерный Приятель. При этих словах Иов Троттер приложил руку к своему Сердцу и отвесил мистеру Пиквику придворный поклон. Повторяю, продолжал мистер Пиквик, начиная Горячиться, что я мог бы отплатить вам гораздо Сильнее. Но я вывел вас на свежую воду и исполнил Свой долг по отношению к обществу, И этого с меня довольно. Я был снисходителен, сэр, быть может, Чересчур снисходителен. Надеюсь, что это, по крайней мере, послужит вам на Пользу. Когда мистер Пиквик дошел до этого трогательного Места, Иов Троттер с шутовской серьезностью приложил Ладонь к своему правому уху и нагнулся вперед, Делая вид, что боится потерять малейший звук из этой Великолепной речи. Мне остается только прибавить, Сэр, продолжал мистер Пиквик, окончательно Рассердившись, что я считаю вас самым подлым, Самым низким, самым отпетым негодяем, Какого я когда-либо знал. Впрочем, нет, ваш приятель, этот разбойник на Постном масле в малиновой ливрее, может с вами Поспорить. Ха-ха, закатился Джингль. Молодчина, Пиквик. Ловко делал. Золотое сердце, палата ума. Но не следует сердиться. Опасно. Почтенные года, короткая шея. Здоровье прежде всего. Прощайте, мой друг. Не навек. Когда-нибудь увидимся. Идем, Иов, марш! Проговорив эти слова, мистер Джингль надел набекрень Свою шляпу и зашагал вон из комнаты. Иов Троттер приостановился, оглянулся на почтенную Публику, улыбнулся, отвесил насмешливый поклон Мистеру Пиквику, дерзко подмигнул мистеру Уэллеру и Торжественно проследовал за своим неунывающим Господином. Сэм, сказал мистер Пиквик, заметив, Что его слуга намеревается улизнуть вслед за двумя Приятелями. Что угодно, сэр? Останьтесь. Мистер Уэллер, видимо, Колебался. Останьтесь, говорю вам, Повторил мистер Пиквик. Сэр, это жестоко. Неужели вы не позволите мне отузить на прощание Этого ханжу? Конечно, нет. Но хоть вышвырнуть его за калитку. Ни под каким видом. В первый раз за все время своей усердной службы Президенту Пиквикского клуба мистер Уэллер казался Обиженным и недовольным. Впрочем, лицо его мгновенно разгладилось, Когда он увидел в окно, как остроумный Мэрдль, Заблаговременно спрятавшийся за дверью передней, Выскочил из своей засады и очень ловко столкнул с Лестницы мистера Джингля и его приятеля прямо в Кадки с американскими алоэ, ожидавшими их внизу. Теперь, сэр, когда я исполнил свой долг, Обратился к хозяину мистер Пиквик, позвольте мне Откланяться пожелать вам всего лучшего. Благодарю вас от себя и от имени моих друзей За оказанный нам радушный прием и прошу вас верить, Что при существующих обстоятельствах мы бы никогда Не позволили себе воспользоваться вашим Гостеприимством, если бы нас не побудило к тому Чувство гражданского долга. Завтра мы возвращаемся в Лондон, и вы можете быть Покойны: ваша тайна умрет в нашей груди. Выразив таким образом в деликатной форме свой Протест против грубого обхождения, Которому он и его ученики подверглись в это утро, Мистер Пиквик низко поклонился дамам и, несмотря на Упрашивание хозяев, вышел из комнаты в сопровождении Своих друзей. Наденьте шляпу, Сэм, сказал мистер Пиквик. Она осталась внизу, сэр, отвечал Сэм и побежал за Шляпой. Случилось, что на ту пору в кухне не было Никого, кроме хорошенькой служанки. А так как Сэм решительно не помнил, куда засунул Свою шляпу, то пришлось ее искать, причем мисс Мэри Должна была светить. Они обшарили всю кухню, а шляпа не отыскивалась. В своем старании услужить мистеру Уэллеру Хорошенькая Мэри стала на колени и принялась рыться За дверью в углу, где была свалена целая куча Всякого хлама. Надо заметить, что этот угол был Замечательно неудобное место. Чтобы добраться до него, необходимо было прежде Плотно притворить дверь. Вот она, сказала наконец Мэри. Ведь это ваша шляпа? Позвольте взглянуть, Сказал Сэм. Мисс Мэри поставила свечу на пол. Свеча горела тускло, и Сэм был принужден тоже стать На колени, так как иначе невозможно было Рассмотреть, его ли это шляпа. Угол был необыкновенно тесный, разумеется, По вине архитектора, строившего дом, и Сэму пришлось Придвинуться совсем близко к хорошенькой Мэри. Да, это моя шляпа, сказал он. Прощайте, моя радость. Прощайте, отвечала Мэри. Прощайте, повторил Сэм. И с этими словами неосторожно уронил шляпу, Которая стоила им обоим стольких хлопот. Какой вы неловкий, сказала мисс Мэри. Вы ее опять потеряете, если будете таким разиней. И единственно во избежание такого несчастья она Собственноручно надела на него шляпу. Оттого ли, что хорошенькое личико служанки казалось Еще миловиднее теперь, когда она подняла его вверх, Или просто оттого, что молодые люди случайно стояли Так близко друг к другу, только Сэм поцеловал Мэри. Не может быть, чтобы вы сделали это нарочно, Сказала девушка, очаровательно краснея. Конечно, не нарочно, мой ангел, но могу сделать и Нарочно. И Сэм чмокнул ее в другую щечку. Сэм, послышался с лестницы голос мистера Пиквика. Иду, сэр, закричал Сэм, выбегая из кухни. Куда это вы провалились? Спросил мистер Пиквик. Да там что-то случилось дверью, сэр, и мы никак Не могли ее отворить, отвечал Сэм. Так закончился первый эпизод первой любви мистера Уэллера.