Мастер

Он открыл закрома, он сбивал все замки на дверях. Он рискнул всем, чем мог, и сломалась седьмая Печать. По паркетному полу хромала на двух костылях Та, что плакала долго о нём, Но устала скучать. Он сжигал документы в камине с чугунным Литьём. После ночи без сна неприлично нетрезв и помянут. Он стучал кочергой по решётке, Следил за огнём. Между делом проверил, что рукописи не горят. А он стучал кочергой по решётке, Следил за огнём. Между делом проверил, что рукописи не Горят. Танцевала балет на стене непослушная тень. И взлетал к потолку серым вихрем причудливый прах. Был задержан на въезде в предместья ещё один день И приподнят едва над землёй на холодных Штыках. Был задержан на въезде в предместья ещё один День И приподнят едва над землёй на холодных Штыках. В Мёртвый штопор вошёл лёгкий аэроплан из пике. Грела девочка в тонких ладонях треки у Соледом. Молчаливый Герасим топил своё счастье в реке, Философски оставив долги и Счета на потом. А молчаливый Герасим топил своё счастье в Реке, Философски оставив долги и счета на Потом. И скрипел под подошвами снег о родном очаге. Вырастал в конце улицы серою глыбой барак. Лишь любимая, наперекор бесноватой пурге, В керосиновой лампе к окну выносила Маяк. Лишь любимая, наперекор бесноватой Пурге, В керосиновой лампе к окну выносила маяк.