Хлеборезка E

Караганда, Караганда угольком даешь на гора Года. А кому двадцать лет, а кому тридцать лет. А что с чужим живу, так своего-то нет. И в сумерки вписана четко, как вписана в нашу Судьбу, по-царски небрежная челка, Прилипшая к мокрому лбу. Иль не с нами Богу молишься, иль не Нашу лямку тянешь. А и пьяная ты не колешься, а уж Трезвый, да не повзглянешь. А и пьяный ты не колешься, а уж Трезвый, да не повзглянешь. И смолчала бы, да больно мне. А говоришь, как не по-нашему. А на воле харил вольную, у ней губки, Глазки крашены. А я травку да не зеленую, Я мастырочку, косячок забью, А я слезку да не соленую, Твою кровочку, землячок, запью. А я слезку да не соленую, твою Кровочку, землячок, запью. И пошто ты мною брезгуешь? Я, глянь, не чистая, не вшивая. А что сукой хлеборезкою, так уж Больно жизнь паршивая. Я ж к тебе за душою, к пидору. Или чем тебя обидела? Говорят, ты тоже с Питеру. Что-то я там таких не видела. Говорят, ты тоже с Питеру. Что-то я там таких не видела. А я травку да не зеленую, Я мастырочку, косячок забью, А я слезку да не соленую, твою Кровочку, землячок, запью. А я слезку да не соленую, твою Кровочку, землячок, запью. У тебя на фотке фраерша из Татарок, что ль, Ахмедова. Она, проклятье, видно, та еще или ждет Тебя отседова. Так ведь воля, хер уж выпадет, А я одеть, обуть да накормить смогу. Первый снег, глянь, завтра выпадет, И начнешь, земляк, да ходить в снегу. Первый снег, глянь, завтра выпадет, И начнешь, земляк, да ходить в снегу. А я травку да не зеленую, Я мастырочку, косячок забью, А я кровку да не соленую, Твою слезочку, землячок, запью. А я слезку да не соленую, Твою кровочку, землячок, запью. Эту сучку свою с челочкой ты Порви, забудь, оторви да брось. А народ у нас тут сволочи. А за моей спиной проживешь, небось.