Семейные итоги, Чт. 12

Вчерашнее натянутое положение не только не Улучшилось за ночь, но приняло такие резкие тоны, Что Арина Петровна серьезно обеспокоилась и решилась Разведать у Евпраксиюшки, не случилось ли Чего-нибудь. "Что такое сделалось? Спросила она. Что они с утра словно вороги друг На друга смотрят?" "А я почем знаю? Разве я в ихние дела вхожу?" Отгрызнулась Евпраксия. "Уж не ты ли? Может, и внучек к тебе пристает". "Чего ко мне приставать? Просто давеча подкараулил меня в коридоре, а Порфирий Владимирович и увидели". Мда, так вот оно что. И действительно, несмотря на крайность своего Положения, Петенька отнюдь не оставил присущего ему Легкомыслия. И он тоже загляделся на могучую спину Евпраксиюшки и Решился ей высказать это. С этой, собственно, целью он и в церковь не Поехал, надеясь, что и Евпраксия в качестве экономки Останется дома. И вот, когда в доме все стихло, Он накинул на плечи шинель и притаился в коридоре. Прошла минута, другая, хлопнула дверь, Ведущая из сеней в девичью, и в конце коридора Показалась Евпраксия, держа в руках поднос, На котором лежал теплый сдобный крендель к чаю. Но не успел еще Петенька вытянуть ее хорошенько Между лопатками, не успел произнести: "Вот это так спина!" Как дверь из столовой отворилась, и в ней показался Отец. "Ежели ты сюда пакостничать, мерзавец, Приехал, так я тебя с лестницы велю сбросить", Произнес Иудушка каким-то бесконечно злым голосом. Разумеется, Петенька в один момент стушевался. Он не мог, однако ж, не понять, что утреннее Происшествие было не из таких, чтобы благоприятно Подействовать на его фонды. Поэтому он решился молчать и отложить объяснения до Завтра. Но в то же время он не только Ничего не делал, чтобы унять раздражение отца, Но, напротив того, вел себя самым неосмотрительным и Дурацким образом. Не переставая курил папироски, не обращая никакого Внимания на то, что отец усиленно отмахивался от Облаков дыма, которыми он наполнил комнату. Затем поминутно кидал умильно-дурацкие взоры на Евпраксиюшку, которая под влиянием их как-то вкось Улыбалась, что тоже замечал Иудушка. День потянулся вяло. Попробовала было Арина Петровна в дураки с Евпраксиюшкой сыграть, но ничего из этого не вышло. Не игралось, не говорилось. Даже пустяки как-то не шли на ум, хотя у Всех были в запасе целые непочатые углы этого добра. Насилу пришел обед, но и за обедом все молчали. После обеда Арина Петровна собралась было в Погорелку, но Иудушку даже испугало это намерение Доброго друга маменьки. "Христос с вами, голубушка! Воскликнул он. Что же, одного, что ли, вы меня Оставить хотите с глазу на глаз с этим дурным Сыном? Нет, нет, и не думайте, не пущу". "Да что такое? Случилось, что ли, что-нибудь промежду вас? Сказывай", спросила она его. "Нет, покамест еще ничего не случилось, Но вы увидите. Нет, вы уж не оставьте меня. Пусть уж при вас. Это недаром, недаром он прикатил. Так если что случится, уж вы будьте свидетельницей". Арина Петровна покачала головой и решилась остаться. После обеда Порфирий Владимирович удалился спать, Услав предварительно Евпраксиюшку на село к попу. Арина Петровна, отложив отъезд в Погорелку, Тоже ушла в свою комнату и, усевшись в кресло, Дремала. Петенька счел это время самым Благоприятным, чтоб попытать счастья у бабушки, И отправился к ней. "Что ты, в дурачки, что ли, со старухой поиграть Пришел?" встретила его Арина Петровна. "Нет, бабушка, я к вам за делом". "Ну, рассказывай, говори". Петенька с минуту помялся на месте и вдруг брякнул: "Я, бабушка, казенные деньги проиграл". У Арины Петровны даже в глазах потемнело от Неожиданности. "И много?" спросила она перепуганным голосом, Глядя на него остановившимися глазами. "Три тысячи". Последовала минута молчания. Арина Петровна беспокойно смотрела из стороны в Сторону, точно ждала, не явится ли откуда к ней Помощь. "А ты знаешь ли, что за это и в Сибирь недолго попасть?" Наконец произнесла она. "Знаю". "Ах, бедный ты, бедный". "Я, бабушка, у вас хотел взаймы попросить. Я хороший процент заплачу". Арина Петровна совсем испугалась. "Что ты, что ты, заметалась она. Да у меня и денег только на гроб да На поминовение осталось. И сыта я только по милости внучек да вот Чем у сына полакомлюсь. Нет, нет, нет, ты уж меня оставь, Сделай милость, оставь. Знаешь что? Ты бы у папеньки попросил". "Нет, уж что от железного попа, Да каменной просвиры ждать. Я, бабушка, на вас надеялся". "Что ты, что ты! Да я бы с радостью, только какие же у Меня деньги? И денег у меня таких нет. А ты бы к папеньке обратился, да слазко, Да с почтением. Вот, мол, папенька так и так. Виноват, мол, по молодости проштрафился. Со смешком да с улыбочкой, да ручку поцелуй, Да на коленки встань да поплачь. Он это любит. Ну и развяжет папенька мошну для милого сынка". "А что вы думаете, Сделать разве? Стойте-ка, стойте. А что, бабушка, если б вы ему сказали: Коли не дашь денег, прокляну. Ведь он этого давно боится, проклятья-то вашего". "Ну, ну, зачем проклинать? Попроси и так. Попроси, мой друг. Ведь ежели отцу и лишний разок поклонишься, Так ведь голова не отвалится. Отец он. Ну и он со своей стороны увидит. Сделай-ка это, право". Петенька ходит, подбоченившись, взад и вперед, Словно обдумывает. Наконец останавливается, Говорит: "Нет уж, все равно не даст. Что бы я ни делал, хоть бы лоб себе Разбил, кланявшись, все одно не даст. Вот кабы вы проклятием пригрозили. Так как же мне быть-то, бабушка?" "Не знаю, право. Попробуй, может, и смягчишь. Как же ты это, однако ж, такую себе волю Дал? Легко ли дело казенные деньги проиграл? Научил тебя, что ли, кто-нибудь?" "Так вот, взял да и проиграл. Ну коли у вас своих денег нет, так из Сиротских дайте". "Что ты? Опомнись, как я могу сиротские деньги давать? Нет уж, сделай милость, уволь ты меня, Не говори ты со мной об этом, ради Христа". "Так не хотите? Жаль. А я бы хороший процент дал. Пять процентов в месяц хотите? Нет. Но через год капитал на капитал". "И не соблазняй ты меня, замахала на него руками Арина Петровна. Уйди ты от меня, ради Христа. Еще папенька неравно услышит, скажет, Что я же тебя возмутила. Ах ты, господи, я, старуха, отдохнуть хотела, Даже задремала совсем. А он вон с каким делом пришел". "Ну хорошо, я уйду. Стало быть, нельзя? Прекрасно-с. По-родственному. Из-за трех тысяч рублей внук в Сибирь должен пойти. Напутственный-то молебен отслужить не забудьте". Петенька хлопнул дверью и ушел. Одна из его легкомысленных надежд лопнула. Что теперь предпринять? Остается одно: во всем открыться отцу. А может быть, может быть, что-нибудь... "Пойду сейчас и покончу разом, Говорил он себе. Или нет? Нет, зачем же сегодня? Может быть, что-нибудь... Да, впрочем, Что же такое может быть? Нет, лучше завтра. Все-таки хоть нынче день. Да, лучше завтра. Скажу и уеду". На том и покончил, что завтра всему конец. После объяснения с бабушкой вечер потянулся еще Вялее. Даже Арина Петровна притихла, узнавши действительную Причину приезда Петеньки. Иудушка пробовал было заигрывать с маменькой, Но, видя, что она в чем-то задумывается, Замолчал. Петенька тоже ничего не делал, Только курил. За ужином Порфирий Владимирович Обратился к нему с вопросом: "Да скажешь ли ты наконец, зачем ты сюда пожаловал?" "Завтра скажу", угрюмо ответил Петенька.