Псалом №152

Господи, Я хочу в это время писать. А вы следите, ох, Кто смог бы не спать. Первый дождик подмыл мой незыблемый Дом. И теперь на руинах стою, Озираясь. И теперь на руинах стою, Озираясь, Странным духом ведом. Господи, Я не вижу рамок листа. Я пишу на манжетах и на плоскости Рук. Строчки стелются веером, Что ни строчка верста. И писать больше негде И не о чем. И писать больше негде И не на чем. Все в чернилах вокруг. Я ж визар ваших грез, контролирую Разум. Проверяю на взрывоопасность багаж и Таинственный груз. Но Олимп, как Везувий, низвергает всех Сразу. И Парнас запускает поэтов, и Пеплом. И Парнас запускает поэтов, и Пеплом Сыплет на муз. Ослеплым сном теперь Этот полк не поднять. Остается по выбору упиваться иль Спать. Гололед на душе, где был прежде Огонь. Ладан высох, и сгнил, А вместо ладана. Ладан высох, и сгнил, А вместо ладана Источается вонь. Господи, я хочу в это время Писать. А вы следите, ох, Кто смог бы не спать. Первый дождик подмыл мой незыблемый Дом. И теперь на руинах стою, Озираясь. И теперь на руинах стою, Озираясь, Странным духом ведом.