Поздняя любовь, Чт. 2

Да. Так об чем я начал? Ну вот, да. С тех пор я осторожен стал. Запираю все на ключ, а ключ у дочери. Все у нее и деньги, и все у нее. Она святая. Ну что, брат, ты такие слова. Что, что не веришь? Святая, говорю тебе. Она кроткая, сидит, молчит, работает. А ведь кругом нужда. А ведь она все свои лучшие годы просидела молча, Нагнувшись. И ни одной жалобы. А ведь ей жить хочется. Брат, да. Жить надо. Но никогда ни слова о себе. Вырвала ты лишний рубль и глядишь отцу подарить. Все принесет. А ведь таких не бывает. Да. Где же они? Замуж бы. Да с чем? Чудной ты человек. С чем? Ну а вот теперь Бог даст мне Дело то на двести тыщ сделаешь, Вот тогда уже будет с чем. Ну, подожди, я тебе сейчас распишу. Ну ладно, подожду. Оставшись один, Дороднов оглядывает невзрачную Обстановку, закопченные стены и потолок. Тоже дела то на свете всякие бывают, И все разное. И у всякого свое, и всякий должон по себе. И не пожалеть иного нельзя. А и жалеть-то тоже всякому не приходится, Потому вдруг с тобой самим может в этот грех Влучиться. Так жалость то нужно для себя поберечь. Строчи, строчи. Дороднов смотрит на Дормидонта, который что-то Пишет, сидя в стороне за столом. Разя Поговорить с тобой. Чего Ж? Ты, Как тебя? Писухин, иди-ка сюда поближе. А вот поучистивей, коль не знаете человека. Ах, извините, ваше благородие. А ты живи без претензии, в сыти будешь. Иди сюда, я тебе денег дам. За что? А вот так. За здорово живешь. Оглянувшись, Дороднов достает из бумажника Трехрублевку и дает подошедшему к нему Дормидонту. Покорнейше благодарюс. Эх, ты, шершавый, не нашей державы. Да полно те что. А что, милый друг, этот самый стряпчий не Сфальшивит, если ему документы поверить? Как можно? Что вы! Я бы и хорошему отдал, Да те спесиво очень. Надо его сударем звать, да и дорого. Так ежели ты тут какую фальшь заметих, Ты сейчас же беги ко мне. Так мы так. Понял? Да что вы, что вы! Уж будьте покойны. Ну, строчи, строчи, строчи, строчи. Да я кончил. Только ты смотри, Ты стряпчий мне гугу. И много ли жалованье то получает? Десять рублей в месяц. Десять рублей. Ну что, это ничего, Хорошо. Тоже, брат, и тебе питаться надо чем-нибудь. Потому всякий от своих трудов должон. Вот ты гляди, птица ли там или Что ли. Маргаритов вручает Дороднову расписку. Дормидонт уходит. Что это у тебя за писарек такой? А что ж писарек? Ничего. Глуповат, а так парень исправный. Вот я вижу большой руки. Ты за ним гляди в оба. Не болтай пусто. Да, да, посматривай. Ну, гости посидят, посидят, да и поедут. Постой, Вот было забыл. Ведь у меня дома еще документ. Только то особая статья. Я его с теми, брат, и не мешаю, уж Я его хоть бросить, как в ту шкуру. Дай, думаю, посоветуюсь, что с ним делать. Ведь все-таки жалко. Ну а в чем же дело? Видишь ты, документ этот достался мне по наследству От дяди. Вот со всеми бумагами, Которые я тебе привез. Да какой-то он сумнительный. Ну, думаю, и так много досталось. Этого и жалеть не стоит, чтоб о нем не Получить. Все ладно. А то хоть и пропадаем. А на кого документ? На бабу. Вдова тут есть одна, Лебедкина прозывается, Но путаная бабенка. А у нее есть что-нибудь? Да ведь как не быть? Она порастранжира, Но заплатить еще в силах. Ну давай получим. Ведь получить-то можно, ежели пугнуть. Чем? Видишь ты, Документ этот выдан за поручительство мужа. Ей не больно верили, а поручительство выдано Фальшивое. Муж в параличе был, Без всякого движения, когда она этот документ то Выдала. А как это пугнуть? Ну и следует Только обстоятельному купцу связываться с Бабой. Я так понимаю мораль. Я, значит, тебе передам, и ты как хочешь от Своего имени, но мне чтобы с этим делом не Путаться. Ну, считай, что все деньги у тебя в кармане. Ну, получи хоть половину. Все получу. Не пожалеешь, значит? Ну а что ж, плут, жалеть? Ведь бабенка-то больно оборотиста. Не оплела бы тебя на старости лет. Заговорит, растаешь. Вот еще. Вот тебе моя рука. Через два дня все деньги у тебя в кармане. Значит, эту статью из головы вон. Завтра я тебе этот документ передам. Но ты ведь всего сегодня не переговоришь, что-нибудь И к завтраму надо оставить. Ну а теперь, по-моему, коли не пить, Так самое время спать. Прощай. Посветить, стало, кто-нибудь. Маргаритов услужливо подает купцу богатую шубу на Меху, провожает в сени, затем возвращается в Комнату. Входят Фелицата Антоновна и Дормидонт. Ужин-то не прикажете ли? Ужинайте, коли хотите. Я ужинать не буду. Людмилочка, Людмилочка, я сегодня долго просижу. Ты спи, меня не дожидайся. А я сама, папа, хочешь, хотела бы посидеть, Поработать подольше. Вы сейчас ужинать будете? Ждать никого не будете? Да надо бы подождать-то. Ну так я с вами посижу. Нет, девочка, Герасим по жилищам не дельца, За компанию. Погоди, будет и тебе дело. Людмилочка, а у меня дела, опять дела. Фортуна улыбается. Повезло. Повалило счастье, повалило. Как я рада за тебя, пап. За меня? Да мне уж ничего не надо. Я для тебя живу, дитя моё, для одной тебя. А я для тебя. Это полно. Погоди, Бог даст, будет и у нас довольствие. В наше время и след, коли посчастливится, Так скоро богатей. Вот поживешь тогда для себя. Да еще как поживешь. А я не умею жить для себя. В том то и счастье, когда живешь для других. Не говори так, Не принижай себя, дитя моё, ты меня огорчаешь. Я знаю свою вину. Я загубил твою молодость. Ну что Вот я и поправить хочу свою вину. Не огорчай отца, не отказывайся наперед от счастья, Которого он тебе желает. Ну, прощай. Ангел-хранитель над тобой. И над тобой, пап. Вот что, видите, как приятно. А у меня сынки. Маменька, я-то? Да разве я вас не покою? Разве я для дома не родитель? Да так-то так. Да ждать-то тем много нечего. А вот брат и с умом. Да Лучше не говорить. Замучил, мать. Майся с ним точно с калечившим каким. Ну вот и стучатся. Недолго даже, кажется, пойти или пустить да ворота Запереть. Дормидонт нерешительно подходит к Людмиле. И теперь не начать. Людмила Герасимовна. Что? Вы как о брате понимаете? Я его не знаю совсем. Ну так по его поступкам. По каким? Против маменьки. А что ж он против нее сделал? А в трактире сидит. Ну, может, ему там весело. Мало что весело. Этак бы и я пошел. Ну что ж не идете? Нет, Я не таких правил. Для меня дома лучше всего. Ну полноте, ну что ж тут хорошего? Ну, про нас говорить нечего, а мужчине-то, Особенно молодому. Дас! Дас, когда он не чувствует. А вы что же чувствуете? Да я-то... Входит Фелицата Антоновна с письмом в руках. Помешали. Ой, ой, Господи! Что с вами, матушка? Вот, Вот, чадо ты мое! Что такое? Вот прислал с мальчиком из трактира. Да? Можно прочесть? Прочитайте. Ой, ой-ой-ой-ой-ой-ой-ой. "Маменька, не ждите меня, я заигрался. Со мной неприятный случай, я проигрываю. Я связался играть с игроком, который гораздо сильнее Меня. Он, как кажется, порядочный человек, Ему нужно отдать деньги, а у меня денег нету, Поэтому я не могу прекратить игры и все больше Затягиваюсь. Если хотите спасти меня от стыда и Оскорблений, пришлите мне с посыльным тридцать Рублей". Тридцать рублей! Кабы вы знали, как я страдаю из-за такой ничтожной Суммы. Ну скажите, пожалуйста, ничтожной. Выработай-ка по ней. Для скорости послал мальчика на извозчике. Я жду и считаю минуты. Если у вас нет, найдите где-нибудь, Займите. Не жалейте денег, пожалейте меня, Не губите меня из копеечных расчетов. Или деньги, или вы меня не увидите больше. Деньги пришлите в запечатанном конверте. Любящий вас сын Николай". Краса любовь, нечего сказать. Ну что ж вы хотите делать-то? Ну а что ж делать-то? А где ж я возьму-то? У меня всего десять рублей и то на провизию Отложено. А ведь надо послать, надо послать. Проиграл, ежели. Ну кто же его заставлял играть так плохо? Ведь сидел бы дома, делал лучше было. Об этом теперь поздно разговаривать. Да и деньги бы в самом деле нужда. А то и проиграл. Грань-то небольшая. Большая. Видите, что он пишет-то? Вы меня не увидите больше. Ну так батюшки мои, ну не разорваться же мне Из-за него. Господи! А за что? За что? Я его не любила. Я его не-Ну, что за разговор? Ведь только время проходит. Он там ждет. Страдает бедный. Да страдает он, страдает! Варвар эдакой. Бери, Дормидон, бумагу, напиши ему. Чего ты выдумал к матери за деньгами присылать? Ты бы сам должен в дом нести, а не Издуму тащить последнее. Постойте, постойте, постойте. Так нельзя. Это бесчеловечно. Дайте мне конверт. Напишите только. Дормидон подписывает конверт. Людмила поспешно достает из портмоне ассигнацию. Что она, что она, пятьдесят рублей? Теперь менять негде да и некогда. Да еще не последние ли у вас? Ну, это именно такой случай, когда посылают Последнее. Да ведь он сдачи-то не принесет. Господи! Ведь теперь сколько за эти деньги вам Заживать-то у меня придется. Нисколько, нисколько, вы свое получите. Эти деньги я не вам даю, с ним считаться Буду. Господи, ангелы небесные. Ах ну что же, господи, где ж такие родятся? Несите. Нет, уж я бы, я-Несите, несите. Он там ждет, считает минуты. Дормидоша, иди ужинать, пожалуйте вы. А я сейчас. Я иду. Я сейчас. Господи! Вот теперь должно быть в самый раз. Людмила идет к себе. Дормидон следует за ней. Как вы к нашему семейству-то? Что? Я говорю, Какое расположение. Да-да. Конечно, Не всякий может-Дормидоша. Постойте, маменька, постойте. Конечно, я говорю, не всякий может Чувствовать. Что? Я не понимаю. Вы вот для брата, А чувствую я. Разве он может? Спокойной ночи. Да иди ж ты, долго я ждать тебя буду. Маменька, тут может быть вся моя судьба, А вы мешаете. Вот ушла. Ну, В другой раз. Дело-то, кажется, на лад пойдет. Та же комната в доме Шабловой. Утро следующего дня. В помятом щегольском сюртуке за столом сидит Николай Шаблов, опустив голову на руки. Он спит после проведенной в трактире ночи. Из своей комнаты выходит Маргаритов. Старый адвокат собирается по делам. Он застегивает зеленую выцветшую шинель, Надевает галоши, берет у Людмилы потрепанный картуз. Людмила провожает отца к дверям. Прощай, пап. Прощай, дитя мое. Пойдешь в Издуму, вот тебе ключи. Пойдешь в Издуму, бери с собой. Не оставляй. У меня в столе документы, А я здесь никому не верю. Здесь, Людмилочка, сторона голодная. Народ живет из дня в день, что урвет, Тем и сыт. Утопающий, говорят, хватается за соломинку, Ну а голодающий за то, что плохо лежит. Здесь все украдут, все продадут. А ловкие люди этим пользуются. Когда ты увидишь, Нужно тебе купить человека на подлог, На преступление, нужно купить девичью честь, Иди сюда. Купишь и недорого купишь. Если сюда зайдет или заедет человек богатый, Хорошо одетый, так знай, не за добрым делом он Сюда зашел. Он ищет продажной чести или совести. А вчера к тебе приезжал купец богатый. Ведь это чудо. Я сначала думал, что либо ему фальшивое духовное Завещание надо, либо ограбить кредиторов собирается. За добрым советом сюда приехал. Ко мне не раз являлись такие-то господа. Сколько я их гонял от себя. А живи я в центре Москвы, разве посмели бы Явиться ко мне с такими предложениями? Помни еще, Людмила, что рядом с нуждой всегда живет Порок. Это страшнее. Нужде многое можно простить, ее и закон не так Строго судит. А вот когда твое трудовое украдут, Чтобы пропить с визгом, с гамом, Чтобы промотать в буйной компании, вот когда Обидно-то.