Казачья-2000

На заре да по солнечной падали Затуманены души костров. Только звезды остывшие падали по этапу в Сибирский острог. Как поют по весне заморочены золотые Колибри степей, так из грязной Саратовской Вотчины наползал бородатый репей. Осторожно секреты выпытывал, осторожно свой Посох строгал, да детей кукурузных Воспитывал, как казахский степной острогал. Ой, ой. Сколько лет прокатило неведомо с той далекой Забытой поры, Но по-прежнему ведомы беды нам и опять под Рукой топоры. Наши раны жестоко залатаны, не болит под Глазами фингал. Только снова нежданно-негаданно кто-то прячет в Кармане оскол. Мы летаем от берега к берегу, мы поем о Российских степях, только вновь Чингисхан и Америка нам о нашей кончине хрипят. Ой, ой. Мы трясем черепами патлатыми, задыхаясь от Этих вестей, но по-прежнему прячем под латами Свой тяжелый железный кистень. Так что хватит трепаться о родине, Хватит пить молоко кобылиц. Сколько троп по России не пройдено, Сколько наших в России станиц. Да на заре, да по солнечной падали Затуманены души костров. Только звезды остывшие падали по этапу в Сибирский острог. Ой, ой.