Далеко E

Ты так далеко, но каждый день тобой простужен. Я пью кофеёк, и это мой привычный ужин. Тот сатирикон, что строил я, давно разрушен. За моим окном лишь скука, боль. Не будет лучше. По псай по жизни, поссать на смысл. Я выбрал путь постмодерниста, пусть он тернист. Так Отто фон Бисмарк писал, что в Готэме ты Мистер Фризм. Но я не Гризманн, мне похуй, Хер. Честен только в треках и перед Богом. Терпели долго, теперь тупо вниз, И я твой личный вуайерист. Ты так далеко, но каждый день тобой простужен. Я пью кофеёк, и это мой привычный ужин. Тот сатирикон, что строил я, давно разрушен. За моим окном лишь скука, боль. Не будет лучше. Ты так далеко, но каждый день тобой простужен. Я пью кофеёк, и это мой привычный ужин. Тот сатирикон, что строил я, давно разрушен. За моим окном лишь скука, боль. Не будет лучше. Год семнадцатый, пиши мне пишку, нам по пятнадцати, Мы курим сишки. Взрослая жизнь это далеко так. А теперь мой друг стал синим ботом. Просто угорали, трек про бухло, Паленый вискарик, и все началось. Почти каждый день охмеляли башни. В школу с похмелья это нам не страшно. Так прошло два года. Первый курс, общага. Мы бухаем жестко, мой желудок в ахуе. И теперь уже не поймем мы честно, Как хотя б два дня оставаться трезвым. В основном пивас, в основном дешевый. Нам бы побухать да похавать что-то. Мы пашим пиво в помещении парим, И нам похуй было посещение пары. Так прожили год. Дальше мы по съемкам вроде отошел, Завязал немного, и теперь я трезвым могу прожить Хоть месяц. Пью только пивас, крепкое аж бесит. Но у друга моего все совсем не так. Стало только хуже. Полная пизда. Он не может без спиртного не прожить И дня. Пьет он все и много, похуй на Себя. Чуть больше двадцатки, выглядит на тридцать, И он отрицает, что конкретно спился. Уже едет крыша. Он стал агрессивным, и никак не можем просто донести Мы, что это пиздец. И, наверное, хватит. Но он в выходной все так Же бухает. Желтые зрачки, запах перегара. А все началось просто по угару. А сейчас так редко он бывает трезвым. И на краю смотрит прямо в бездну. От того типа ничего не осталось. Ну как ничего? Может, только малость. Спирт убил его, превратил в другого. А тогда казалось, что так далеко мы. А тогда казалось, что это приколы. Разливное пиво и сиги с ментолом. А теперь он тупо к этому прикован. И сейчас, наверное, даже и крипово. И не ожидали мы совсем такого, Что все это ому бьет, как будто молот. Извини за рифмы, сорри, что так душно, Но зато по факту и тут только трушка. И зависимость это не игрушка. Хули тут учить? Кому это нужно? Ты так далеко, но каждый день тобой простужен. Я пью кофеёк, и это мой привычный ужин. Тот сатирикон, что строил я, давно разрушен. За моим окном лишь скука, боль. Не будет лучш-