Тополиный пух

Заскочу на ходу на подножку коварного Поезда. Он летит на Урал, ну а значит, Мне с ним по пути. И пускай мочит дождь, но зато на меня здесь Не косятся. И не шепчут, мол, едет цека, За вещами получше смотри. Нет в кармане моем ни рубля, Ни копеечки. Вместо крыши царит небосвод голубой. Хорошо подогрела братва Вольной сменочкой. Огонек да куреху подал мир Блатной. Тополиный пух белой простынью. Ветер фонари в ночи качает. Екатеринбург ночкой звездной сына Блудного встречает. Полная луна, звезды россыпью. Дождик поутру дворы умоет. Все, что было, то дело прошлое. Ворошить его братан не стоит. И под стуки колес в такт летят годы бывшие. Впрочем, как и у всех, где добро, Там и зло. То торчал на нулях, то ли с двое бабки Сыпались, То гудел в кабаках, то смотрел я сквозь решетки В окно. Словно жил у Христа я за пазухой Тепленькой. Мне бы прямо идти, да налево Шагал. Занесло, и дорога вся шпалами Соткана. Ну а рельсы Столыпин отполировал. Тополиный пух белой простынью. Ветер фонари в ночи качает. Екатеринбург ночкой звездной сына Блудного встречает. Полная луна, звезды россыпью. Дождик поутру дворы умоет. Все, что было, то дело прошлое. Ворошить его, братан, не стоит. Пусть несет меня поезд к родимой Сторонушке После долгих, ведь и отмандулиных лет. Ах, ты, доля моя, доля, долюшка Горькая, Черной мастью крапленая стерва навек. Никогда я ни в чем не искал Утешения. На свои неудачи я клык не точил. Захлестнуло волной, понесло По течению. Я судьбу строил сам, я как мог, Так и жил. Тополиный пух белой простынью. Ветер фонари в ночи качает. Екатеринбург ночкой звездной сына Блудного встречает. Полная луна, звезды россыпью. Дождик поутру дворы умоет. Все, что было, то дело прошлое. Ворошить его, братан, не стоит. Тополиный пух белой простынью. Ветер фонари в ночи качает. Екатеринбург ночкой звездной сына Блудного встречает.