Глава 37

Глава тридцать седьмая описывает, Как мистер Уэллер был приглашен и отправился на одну Вечеринку, и таким образом объясняет его отсутствие Вполне удовлетворительно. В заключение же повествует о том, как мистер Пиквик Удостоил своего верного слугу поручением чрезвычайно Тонкого и деликатного свойства. "Мистер Уэллер, вам письмо. Получите", сказала миссис Крэддок, заглядывая в Комнату этого джентльмена утром того самого дня, Который ознаменовался такими крупными событиями. "Странно, сказал Сэм. Сколько мне известно, между джентльменами моего Круга нет ни одного, который был бы способен Написать письмо. Тут что-нибудь, да не так". "Может быть, случилось что-нибудь особенное", Заметила миссис Крэддок. "Уж верно, особенное, коли кто-нибудь из моих Приятелей разрешился письмом", отвечал мистер Уэллер, сомнительно покачивая головой. "Сотрясение физической природы не меньше того, Как выражался один молодой джентльмен, говоря о Своих припадках падучей. От кого бы это? продолжал Сэм, разглядывая адрес. От родителя? Нет, не может быть. Он учился по вывескам и пишет только по печатному. Диковинная штука. От кого ж бы это в самом Деле? Понять не могу". И рассуждая таким образом, мистер Уэллер проделывал То самое, что делают очень многие из нас, Когда получают письмо от неизвестного лица. Он вертел конверт всевозможными манерами, Смотрел на адрес, на печать, заглядывал с боков и, Только перепробовав все эти средства, Вспомнил, как о последнем ресурсе, что можно еще Разорвать конверт и посмотреть, что написано в Письме. "На золото обрезанной бумаге, говорил Сэм, Развертывая письмо, бронзовый сургуч и припечатано Бородкой ключа. Посмотрим". И мистер Уэллер с серьезным лицом медленно прочел Следующее: "Избранное общество батских служителей Свидетельствует свое почтение мистеру Уэллеру и Просит его почтить своим присутствием их скромный Суаре в дружеском кругу. Суаре назначен на сегодняшний вечер, начнется ровно В половине десятого и будет состоять из вареной Баранины с обычными приправами". Эта записка была вложена в другую, в которой Значилось: "Мистер Джон Смокер, джентльмен, Имевший удовольствие беседовать с мистером Уэллером На прошлой неделе в доме их общего знакомого мистера Бантома, считает себе в особенную честь передать Мистеру Уэллеру прилагаемое приглашение. Если мистер Уэллер соблаговолит завернуть к мистеру Смокеру в девять часов, мистер Смокер почтет за Счастье проводить мистера Уэллера и представить его Своим знакомым. Подписано: Джон Смокер". На конверте стояло "Мистеру Уэллеру", Без имени, "эсквайру в квартире мистера Пиквика", А в левом углу в скобках "звонить со двора", Очевидно, в назидание почтальону. "Это, однако, становится серьезным, Проговорил Сэм. Я никогда еще не слыхал, Чтобы вареную баранину называли суаре. Любопытно, как они после этого назовут жареную?" Не считая, впрочем, нужным ломать голову над этим Вопросом, мистер Уэллер немедленно отправился к Мистеру Пиквику и заявил ему о своем желании Получить отпуск на весь вечер. Заручившись его разрешением и прихватив с собой ключ От калитки, мистер Уэллер незадолго до назначенного Часа вышел со двора и направился не спеша к Королевскому скверу. Не доходя нескольких шагов до цели своего Путешествия, он увидел, к своему удовольствию, Мистера Джона Смокера, который стоял, Прислонившись своей напудренной головой к фонарному Столбу, и курил сигару в янтарном мундштуке. "Мое почтение, мистер Уэллер", сказал мистер Джон Смокер, грациозно приподымая одной рукой свою шляпу, А другой снисходительно помахивая навстречу гостю. "Как ваше драгоценное, сэр?" "Поправляюсь понемножку", отвечал Сэм. "Как вы поживаете, почтеннейший?" "Так себе. Как говорится, и скука в рогушку". "Так я и думал, заметил Сэм. А все от того, мой друг, что вы заработались. Я и тогда этого боялся. Ну можно ли так неглижировать своим здоровьем? Нет, вы положительно увлекаетесь своим рвением". "Нет, мистер Уэллер, это не то, отвечал мистер Смокер. Это вино. Боюсь, что последнее время я вел слишком рассеянную Жизнь". "А, вон оно что. Нехорошо, мистер Смокер. Здоровье прежде всего". "Что делать, мистер Уэллер, соблазны". "Это верно", заметил Сэм. "Водоворот светской жизни, как хотите, Мистер Уэллер, а оно затягивает", продолжал со Вздохом мистер Смокер. "Могу себе представить", сказал Сэм. "Уж так оно ведется на свете, мистер Уэллер. Коль скоро судьба выдвинула вас из темной среды и Поставила в самом центре общественной жизни, Вы непременно подвергаетесь таким соблазнам, О которых и не подозревают люди из более скромного Круга". "Точь-в-точь то же самое говорил мой дядя, Когда открывал свой кабак, заметил Сэм. И старик был совершенно прав. Не прошло и трех месяцев, как он допился до Белой горячки и отдал Богу душу". Мистер Джон Смокер заметно возмутился этим Неприличным сравнением между его изящной особой и Каким-то пьянчужкой. Но физиономия мистера Уэллера хранила такую Безмятежную ясность, что светский джентльмен, Немного подумав, переложил гнев на милость и Сделался по-прежнему любезен. "Как вы думаете, мистер Уэллер, Не пора ли нам идти? спросил мистер Смокер, Вынимая медный хронометр, покоившийся на дне его Глубокого жилетного кармана и извлеченный на Поверхность при помощи черного шнурка с медным Ключиком на конце. "Пожалуй, что и пора, согласился Сэм. Главное, как бы они там не переварили этот самый Суаре. Кому же охота есть мочалку?" "Пили вы когда-нибудь воды, мистер Уэллер?" Спросил мистер Смокер, когда они повернули к Гай-стриту. "Пробовал раз", отвечал Сэм. "Как они вам показались?" "Порядочная гадость Ага, верно. Вам не понравился их минеральный вкус? Уж не могу вам сказать, отвечал Сэм, я не Знаю толку в этих вещах. Знаю только, что от них отдает ржавым железом. Ну да, это и есть минерал, снисходительно пояснил Мистер Смокер. Приглупое слово, заметил мистер Уэллер. Ровно ничего не выражает, но ученому оно, Может быть, и хорошо. Ну а как я насчет химии вас так, так И не люблю химических слов. А впрочем, минерал так минерал. Не все ли равно? И вдруг, к великому ужасу Мистера Смокера, мистер Уэллер принялся громко Свистать. Извините, мистер Уэллер, проговорил Аристократический джентльмен, стараясь чем-нибудь Занять своего спутника в надежде прекратить эти Плебейские звуки. Не хотите ли вы взять меня под руку? Покорно благодарю, отвечал Сэм. Очень обязательны, но я этого не люблю. Я привык носить руки в карманах, если вы ничего Не имеете против. С этими словами мистер Уэллер Заложил руки в карманы и засвистал громче прежнего. Сюда, мистер Уайлер, сказал его новый знакомец, Почувствовав заметное облегчение, когда они свернули В переулок. Теперь мы скоро придем. Скоро придем. Это хорошо, отозвался Сэм, Нимало не смущаясь таким близким соседством к Избранному обществу батских лакеев. Вот тут через несколько домов, сказал мистер Смокер. Надеюсь, сэр, вы не оробеете. О нет, не беспокойтесь, отвечал Сэм. Вы увидите прекрасные образчики новомодных ливреек, Мистер Уэллер. Так вы, пожалуйста, Не робейте. Может быть, сначала некоторые из Джентльменов будут держать себя немножко гордо, Но это ничего, они скоро обойдутся. Очень великодушно с их стороны, заметил Сэм. Может быть, даже, продолжал мистер Смокер с Неподражаемым видом покровительственного Снисхождения, Может быть, даже в первую минуту. Ведь вы между ними чужой, мистер Уэллер. Они примут вас довольно нелюбезно. Но не слишком жестоко, надеюсь? Спросил Сэм. Нет, нет, поспешил успокоить его мистер Смокер и, достав из кармана свою табакерку, Взял двумя пальцами маленькую джентльменскую Понюшку. Конечно, поострят на ваш счет, Посмеются. Между ними есть большие шутники, Но вы не обращайте внимания, не обращайте внимания, Сэр. Постараюсь, сказал Сэм. Да я и не боюсь. Я знаю, истинный талант Всегда оценят. И не бойтесь, я вас поддержу, Проговорил мистер Смокер, пряча в карман табакерку и Гордо подымая свою напудренную голову. В это время они подошли к маленькой зеленой лавочке. Мистер Джон Смокер отворил дверь и вошел, А за ним мистер Уэллер. И странная вещь, как только этот джентльмен очутился За спиной своего спутника, вся его выразительная Физиономия расплылась в широчайшую улыбку, И он принялся выделывать изумительные гримасы, Обнаруживая все симптомы самого завидного состояния Душевного восторга. Пройдя лавку и оставив свои шляпы в примыкавшей к Ней коридорчике, они вошли в небольшую комнату, И здесь изумленным взорам мистера Уэллера Представилась великолепная картина. Посреди комнаты стояли два сдвинутых стола, Накрытые тремя или четырьмя скатертями самого Разнообразного возраста и всех степеней чистоты, Но разложенными таким образом, чтобы они могли сойти За одну, насколько позволяли обстоятельства. На скатертях лежали вилки и ножи на шесть или Восемь персон. Черенки ножей были всех возможных Цветов: зеленые, красные, желтые. А так как вилки все до одной были черные, То эффект выходил поразительный. Тарелки на такое же число гостей грелись за каминной Решеткой. Тут же грелись и сами гости. Самым заметным и, вероятно, самым важным из них был Высокий джентльмен с очень статной фигурой и в Ярко-красном камзоле с длинными фалдами, Сургучного цвета штанах и треугольной шляпе. Он стоял, прислонившись спиной к камину, и по всем Признакам только что пришел, потому что треуголка Еще красовалась на его голове, а в руке он Держал длинную палку из тех, какими обыкновенно Вооружаются джентльмены его профессии, Когда становятся на запятки. Смокер, дружище, вашу лапку, сказал джентльмен в Треуголке. Мистер Смокер подержался своим правым Мизинцем за мизинец джентльмена в треуголке и Сказал, что он очень рад видеть его таким цветущим. Удивительная вещь, сказал на это джентльмен в Треуголке. Все говорят, что я цвету, как майский День, а я совсем сбился с ног за последние Две недели. Каждый день битых два часа хожу, Как болван, за нашей старухой. А поглядели бы вы, как она ломается. Тошно смотреть. Уж одно ее проклятое лавандовое Платье способно свести человека с ума. И как только оно ей не надоест. И подтолкнет-то его, и распустит, И спереди оглядит, и с боков, и назад обернется. Куда как хороша! Будь я анафема, еще один этот вид не вгонит Меня в гроб в какой-нибудь месяц. При этом живописном рассказе вся компания покатилась Со смеху, а джентльмен в желтом жилете с голубой Оторочкой шепнул своему соседу в зеленых штиблетах, Что Текль сегодня в ударе. Кстати, сказал мистер Текль. Смокер, голубчик, а вы и забыли. Остальное было досказано на ухо мистеру Смокеру. Ах, какой же я осел! Воскликнул мистер Смокер. Джентльмены, позвольте вам представить мой друг Мистер Уэллер. Извините, Уэллер, что я позволил себе заслонить вас От огня, проговорил мистер Текль с фамильярным Кивком. Надеюсь, вы не озябли? Нисколько, господин с пылу горячий. Пожалуйста, не беспокойтесь, отвечал Сэм. Надо быть бесчувственной снежной вершиной, Чтобы озябнуть в вашем присутствии. На месте ваших хозяев я сажал бы вас в Камин вместо угольев. Все-таки экономия. При этом замысловатом ответе, довольно прозрачно Намекавшим на огненную ливрею мистера Текля, Этот джентльмен принял было величественный вид Оскорбленной добродетели, но кончил тем, Что отодвинулся от огня и сказал с принужденной Улыбкой, что шутка Уэллера довольно удачна. "Очень вам обязан за доброе мнение, сэр", Отвечал Сэм. "Я вижу, мы с вами поладим". На этом месте разговор был прерван прибытием Джентльмена в оранжевом плюще, Которого сопровождал другой щеголь в пунцовом сукне И необыкновенно длинных чулках. Когда новоприбывшие раскланялись со всей компанией, Мистер Текль спросил, не пора ли подавать ужин, И вопрос был единогласно решен в утвердительном Смысле. Тогда на сцену появились зеленщик и его жена С огромным блюдом дымящейся баранины, Обложенной картофелем, репой и капорцами. Когда блюдо поставили на стол, мистер Текль занял Председательское кресло на переднем конце, а Джентльмен в оранжевом плюще сел напротив. Зеленщик надел перчатки и стал за стулом мистера Текля. "Гаррис", обратился к нему мистер Текль тоном Строгого командира. "Что прикажете, сэр?" отозвался зеленщик. "Надели вы перчатки?" "Так точно, сэр". "Так снимите крышку". "Слушаю, сэр". Зеленщик исполнил приказание с Величайшим подобострастием и, почтительно Изогнувшись, подал мистеру Теклю большой кухонный Нож, но в эту самую минуту как-то неосторожно Зевнул. "Что это значит, сэр?" Спросил его строго мистер Текль. "Виноват, сэр, нечаянно, отвечал сконфуженный Зеленщик. Я не выспался, сэр. Поздно лег прошлой ночью". "Я вам скажу, что вы такое, Гаррис, Произнес мистер Текль внушительным тоном. Вы неотесанный мужик, сэр". "Надеюсь, джентльмены не будут ко мне слишком Строги, проговорил смиренно Гаррис. Я так благодарен джентльменам за их протекцию. Надеюсь, они не лишат меня ее и впредь. Кажется, я всегда оправдываю рекомендации Джентльменов". "Нет, не оправдываете, Сказал мистер Текль. Давно не оправдываете, Сэр". "Все мы отлично знаем, какой вы отпетый Мошенник", сказал джентльмен в оранжевом плюще. "И воришка", прибавил джентльмен в зеленых Штиблетах. "Негодяй первой руки, Что и говорить", заключил джентльмен в пунцовом Сукне. В ответ на все эти лестные эпитеты бедный Зеленщик только смиренно раскланивался, И когда каждый из этих маленьких тиранов сказал ему Что-нибудь в доказательство своего превосходства, Мистер Текль принялся резать баранину и раскладывать Ее по тарелкам. Эта важная часть вечерней программы Была в самом разгаре, когда дверь с шумом Распахнулась, и на пороге показался еще один Джентльмен в светло-голубом казакине с бронзовыми Пуговицами. "Против правил, против правил, Сказал мистер Текль. Опаздывать не полагается". "Не по моей вине, могу вас уверить, отвечал Джентльмен в голубом, обращаясь к заступничеству Почтенной компании. Дело чести. Рандеву в театре". "А, вот вы как", проговорил джентльмен в оранжевом Плюще. "Раньше не мог, как честный человек, Продолжал джентльмен в голубом. Я дал слово нашей младшей девице прийти за ней Ровно в половине одиннадцатого. А она у нас такая красоточка, черт возьми, Что у меня, как честного человека, не хватило духу Ее обмануть. Не обижайтесь на меня, Почтенная компания, вы сами должны понимать долг Рыцарства прежде всего". С этими словами джентльмен в голубом уселся за стол Рядом с Сэмом. "Я уже давно подозреваю, что здесь что-то нечисто, Проговорил мистер Текль, обращаясь к новоприбывшему. Я несколько раз замечал, что она как будто слишком Уж нежно опирается на ваше плечо, Когда выходит из кареты". "Полно, полно, Текль, перестаньте, Сказал джентльмен в голубом. Ну можно ли так говорить? Это нехорошо. Может быть, я и проболтался Когда-нибудь двум-трем приятелям, что она, Небесное создание, отказала двум обожателям без Всякой видимой причины, но все-таки вы не должны... Нет, нет, Текль, право же, нехорошо при посторонних. С дамами нужна деликатность, мой друг". И джентльмен в голубом поправил свой галстук, Многозначительно покачал головой и нахмурился с Таким видом, как будто он мог бы порассказать еще Многое, но должен молчать, как честный человек. Джентльмен в голубом был очень бойкий малый со Светлыми курчавыми волосами, самоуверенными манерами И нахальным лицом. Он сразу обратил на себя особенное внимание мистера Уэллера. Теперь же, когда он заговорил, Сэм почувствовал живейшее желание сойтись с ним Покороче и, не теряя золотого времени, Начал беседу со свойственной ему независимостью. "Ваше здоровье, сэр, сказал Сэм. Мне нравится ваш разговор, я нахожу его очень Изящным". Джентльмен в голубом снисходительно Улыбнулся, давая понять, что он привык выслушивать и Не такие комплименты, и, одарив мистера Уэллера Самым доброжелательным взглядом, выразил надежду, Что они познакомятся поближе, ибо, откинув в сторону Всякую лесть, в наружности мистера Уэллера Положительно есть чт-что-то располагающее. "Вы очень добры, сэр, сказал Сэм. И какой вы счастливец". "Что вы хотите этим сказать?" "Да все насчет той молодой леди. Она у вас, должно быть, не глупа, умеет отличать Людей. Умеет, черт меня возьми". Тут мистер Уэллер зажмурил один глаз и покачал Головой с таким лукавым видом, который не мог не Польстить мужскому тщеславию джентльмена в голубом. "А вы большой дока, мистер Уэллер, Как я посмотрю", заметил он. "С больной головы да на здоровую. Нет, сэр, нет, это уж по вашей части. Моя хата с краю, как сказал один джентльмен своему Приятелю, спрятавшись за стенку, когда на того Бросился бык". "Ну что ж, мистер Уэллер, пожалуй, что вы и Угадали. Ей, кажется, в самом деле нравится моя Наружность". "Да разве может быть иначе?" Сказал Сэм. "Ну а с вами, мистер Уэллер, еще не бывало Маленького романчика в этаком духе?" Спросил джентльмен в голубом, доставая зубочистку из Своего жилетного кармана. Нет, хвастать не стану. В том доме, где я служу, нет дочерей, А то бы я, конечно, не упустил случая поухаживать. А стоит ли, согласитесь сами, унижаться до романа с Какой-нибудь обыкновенной мисс? Если я и влюблюсь, так разве только в маркизу. Жениться, оно, пожалуй, можно бы и не на Титулованной, если она большая богачка и втюрится в Тебя до умопомрачения, но не иначе. Само собой, мистер Уэллер, нужно знать себе цену. Нам, людям светским, хорошо известно, что значит Красивая ливрея. Красивая ливрея, мистер Уэллер, Не может не тронуть женское сердце. Рано или поздно, а оно непременно к тому придет. И, откровенно говоря, это, по-моему, единственная Вещь, из-за которой нашему брату стоит служить. Без всякого сомнения, подтвердил Сэм. Когда этот конфиденциальный диалог заключился таким Образом к удовольствию обеих сторон, на столе Появились стаканы, и каждый заказал себе напиток, Который ему был больше по вкусу. Голубой и оранжевый джентльмены, бывшие по всем Признакам первыми денди этого общества, Потребовали холодного грогу. Остальные же предпочли подсахаренный джин пополам с Горячей водой. Сэм назвал зеленщика забубенной Головой и спросил целый кувшин горячего пунша. Два обстоятельства, значительно возвысившие его во Мнении собутыльников. "Джентльмены!," возгласил голубой, Удивительно искусно подражая тону светского фата. "За здоровье дам!" "Молоденьких барышень", подхватил Сэм. Тут все закричали: "К порядку!" И мистер Джон Смокер в качестве человека, который Ввел мистера Уэллера в это общество и считает себя Ответственным за его поступки, торжественно заявил Этому джентльмену, что произнесенное им слово Неупотребительно в их компании. "Какое слово?" Спросил Сэм. "Барышни, сэр", отвечал мистер Смокер, Строго нахмурившись. "Здесь, в своем кругу, мы не признаем общественных Различий". "Ладно", сказал Сэм. Таком случае, с позволения мистера С пылу горячего, Мы будем звать их небесными созданиями". У джентльмена в зеленых штиблетах возникли некоторые Сомнения по поводу того, позволительно ли называть Председателя каким-то мистером С пылу горячим. Но так как остальное общество было, По-видимому, не расположено отстаивать чужие права, То этот вопрос так и не подымался. Только джентльмен в треуголке слегка засопел и Бросил укоризненный взор на мистера Уэллера, Однако ничего не сказал. Вероятно, боялся остаться в дураках. После небольшой паузы джентльмен в вышитом кафтане, Доходившем ему до самых пяток, И в таком же вышитом жилете, согревавшем без всякой Надобности половину его ног, энергически помешал Ложечкой свой подсахаренный джин и, Поднявшись во весь рост, с очевидным усилием заявил О своем желании предложить несколько замечаний на Суд и одобрение почтенной компании. В ответ на это обращение джентльмен в треуголке Поспешил выразить свою уверенность, что компания Почтет себя счастливой выслушать все, Что будет угодно изложить джентльмену в долгополом Кафтане. "Джентльмены," так начал свою речь джентльмен в Долгополом кафтане. "Выступая теперь перед вами, Я чувствую робость и, так сказать, трясение всего Организма, потому как я имел несчастье быть только Кучером и допущен на этот приятный суаре в качестве Скромного гостя. Но, джентльмены, Я привык ездить прямо, да позволено мне будет Употребить это сравнение. Я считаю своим долгом довести до вашего Благоусмотрения одно огорчительное обстоятельство, Случившееся на моих глазах в пределах, так сказать, Моего ежедневного созерцания. Джентльмены, наш друг мистер Виферс," Все взоры обратились на джентльмена в оранжевом Плюще, "наш друг мистер Виферс потребовал расчета". Все слушатели были поражены неописанным изумлением. Каждый посмотрел на своего соседа и сейчас же Уставился опять на оратора. "Вы изумлены, джентльмены," продолжал кучер, "я вполне вам сочувствую. В лице мистера Виферса все общество несет Невознаградимую потерю. Будучи при такой скромной должности, я не возьму на Себя объяснить вам причины его героического Поступка. Пусть лучше мистер Виферс изложит их сам в Поощрительное назидание своих преданных друзей". Предложение долгополого оратора было встречено Громким одобрением, и мистер Виферс изложил Следующее. Само собой разумеется, что при других Обстоятельствах он никогда бы не ушел с этого места. На ливрею денег не жалеют. Дамы в семействах самые обворожительные, И служба, правду сказать, не слишком тяжелая. Главною его обязанностью было стоять в парадной Прихожей и смотреть на улицу вместе с другим Джентльменом, который, между прочим, тоже получил Расчет. Мистер Виферс со всею радостью избавил бы Почтенную компанию от возмутительной тягостной Подробности, которая привела его к этому Решительному шагу. Но от него требуют объяснений, и ему не остается Другого выбора, как объяснить прямо и без обиняков, Что его заставляли есть холодную говядину. Никаким пером нельзя изобразить того негодования и Гнева, с каким было выслушано это признание. С четверть часа не прекращались гневные возгласы, Свистки и другие проявления взволнованных чувств. Когда все успокоилось, мистер Виферс прибавил, Что, положа руку на сердце, он, кажется, Отчасти сам виноват. Он вызвал это оскорбление своей снисходительностью и Слишком покладистым характером. Он хорошо помнит один случай, когда по собственной Слабости согласился скушать соленого масла, И в другой раз, когда кто-то из домашних внезапно Захворал, он настолько забыл свое достоинство, Что собственноручно принес грелку во второй этаж Он надеется, что не слишком уронил себя в добром Мнении товарищей этим откровенным сознанием своих Заблуждений. А если бы, паче чаяния, Это случилось, то пусть ему послужит в оправдание та Отважная решимость, с какою он встретил эту Последнюю бесчеловечную обиду, нанесенную его Деликатным чувствам. Единодушный восторг был ответом на эту великолепную Речь, и председатель немедленно предложил выпить за Здоровье интересного мученика. Мистер Вифферс поблагодарил в самых изысканных Выражениях и в свою очередь предложил тост в честь Их гостя мистера Уэллера. Конечно, он, мистер Вифферс, не имеет удовольствия Знать его близко, но этот джентльмен друг мистера Смокера, а это такая рекомендация, Которой должно удовлетвориться самое требовательное Общество. Когда оратор кончил, все отпили по глотку за Здоровье мистера Уэллера, и мистер Уэллер, Осушив два стакана за собственное здоровье, Отблагодарил компанию следующим элегантным спичем. Спасибо вам, любезные друзья, за дружбу и за Комплимент. Особливо если принять во внимание, От каких важных персон он исходит. Я тронут до слез. Я, господа, много наслышан о вашем сословии, Но, признаться, никогда не воображал, что вы такие Чудесные ребята. И вот вам, господа, Мой дружеский совет. Берегите свою честь, не роняйте своего достоинства. Достоинство вещь дорогая, особенно на улице, Да еще в ливрее. Помню, еще мальчишкой, Когда я был ростом не выше вон той дубинки Моего уважаемого друга с пылу горячего, Я, бывало, глазел на вашу братию, Разинув рот, так вы мне нравились. Что же до нашего общего друга, угнетенной ненависти В канареечном камзоле, то я надеюсь, Что эта желтенькая птичка скоро найдет гнездышко как Раз по себе, где никто не оскорбит его возвышенных Чувств каким-нибудь холодным суаре, Заключил мистер Уэллер с приятной улыбкой. Его речь удостоилась громогласного одобрения, После чего гости взялись за шляпы и стали прощаться. Как, неужели вы уже уходите, старина? Спросил Сэм своего приятеля мистера Смокера. Надо идти, отвечал мистер Смокер. Я обещал бантам. А, это другая статья. Пожалуй, он попросит расчета, если вы его обманете. А вы куда, с пылу горячий? Я тоже ухожу, отвечал джентльмен в треуголке. Полныть, а пунш? Я ведь не бочка, чтобы влить в себя весь Этот кувшин. Вздор, вздор. Садитесь. Мистер Текль не устоял. Он отложил в сторону свою шляпу и палку и Объявил, что, пожалуй, готов опрокинуть стаканчик Ради закрепления дружбы. Так как джентльмену в голубом было по дороге с Мистером Теклем, то и его уговорили остаться. Когда пунш был выпит до половины, Сэм приказал Подать устриц из лавочки, и эффект обоих угощений Вышел самый удачный. Мистер Текль с треуголкой на голове и с палкой В руке вскочил на стол и протанцевал матлот посреди Разбросанных ракушек под музыку голубого Джентльмена, который играл на гребешке. Когда покончили с пуншем, на дворе уже светало, И три приятеля отправились провожать друг друга. Как только мистер Текль очутился на свежем воздухе, Его охватило непреодолимое желание растянуться на Тротуаре. Мистер Уэллер, как человек гуманный, не стал ему Перечить, но, жалея его треуголку, На которую мог наступить какой-нибудь прохожий, Весьма предусмотрительно нахлобучил ее на голову Голубого. Проводив этого джентльмена до самого Подъезда, Сэм прислонил его к дверям, Дал ему в руки палку мистера Текля, Позвонил и спокойно отправился домой. На другое утро, гораздо раньше своего обыкновенного Часа, мистер Пиквик сошел вниз совсем одетый и Позвонил. Сэм, сказал мистер Пиквик, когда мистер Уэллер Прибежал на звонок. Сэм, заприте дверь. Мистер Уэллер исполнил приказание. Сэм, продолжал мистер Пиквик. Вчера ночью здесь произошел очень неприятный случай. Одним словом, мистер Винкль имеет некоторый повод Опасаться насильственных поступков со стороны Мистера Даулера. Да, я слыхал об этом на кухне, Сэр, отвечал мистер Уэллер. Мне очень грустно, Сэм, продолжал мистер Пиквик с Озабоченным лицом, но я должен вам сказать, Что под влиянием этого опасения мистер Винкль Убежал. Убежал? Ушел на рассвете, не посоветовавшись со Мной, даже не предупредив. Исчез неизвестно куда. Плохой же он воин, заметил Сэм с невыразимым Презрением. Ему следовало остаться и поколотить Этого Даулера. Для такого подвига не надо быть Геркулесом. Не в этом дело, Сэм. Я, может быть, И сам питаю некоторые сомнения насчет храбрости Мистера Винкля, но дело не в том. По той или другой причине, но он убежал. Сэм, его надо найти, найти и привести ко мне. А если он не пойдет? Надо заставить. Кто же должен это сделать, Сэр? спросил мистер Уэллер с лукавой улыбкой. Вы, отвечал мистер Пиквик. Слушаю, сэр. С этими словами мистер Уэллер вышел из комнаты, И вслед за тем было слышно, как хлопнула наружная Дверь. Через два часа он вернулся, спокойный и Невозмутимый, как будто ходил по самому Обыкновенному поручению, и сообщил своему господину, Что какой-то джентльмен, по описанию как две капли Воды похожий на мистера Винкля, выехал на рассвете в Бристоль с почтовым дилижансом. Сэм, сказал мистер Пиквик, горячо пожимая руку Своего верного слуги. Сэм, вы молодчина, вы просто неоцененный человек. Вы поедете за ним, Сэм. Слушаю, сэр. Как только вы его найдете, сию же минуту пишите Ко мне. Если он вздумает улизнуть, заприте его. Валите, вильжите, как найдете лучшим. Даю вам самые широкие полномочия. Не беспокойтесь, сэр, от меня не уйдет, отвечал Сэм. Скажите ему, продолжал мистер Пиквик. Скажите, что я страшно взволнован, Огорчен, возмущен его сумасбродным поступком. Скажу, сэр. Скажите, что если он не возвратится с Вами сию же минуту, я приеду сам и притащу Его силой. Скажу, сэр, повторил Сэм. Найдете вы его, Сэм, как вы думаете? Спросил с беспокойством мистер Пиквик. Найду на земле и под землей, если только он Не улетел на Луну, проговорил мистер Уэллер с Непоколебимой уверенностью. Хорошо. В таком случае, чем скорее вы отправитесь, Тем лучше. И повторив еще раз, Чтобы мистер Уэллер не терял ни минуты, мистер Пиквик снабдил его деньгами и отпустил. Сэм положил в дорожный мешок перемену белья, И сборы его были окончены. Дойдя до конца коридора, он остановился, подумал, Вернулся назад и просунул свою голову в дверь Гостиной. Сэр, прошептал мистер Уэллер с таинственным видом. Чего вам, Сэм? Спросил мистер Пиквик. Так ли я понял ваши Наставления, сэр? Я надеюсь. Если не ошибаюсь, вы сказали валить и вязать? Валить и вязать, повторил с твердостью мистер Пиквик. Делайте все, что найдете нужным. Разрешаю вам своей властью. Мистер Уэллер выразительно кивнул и, Убрав свою голову, пустился в дорогу с чистой Совестью и легким сердцем.