Глава 48, Чт. 1

Глава сорок восьмая описывает, Как мистер Пиквик при содействии Сэма Уэллера Смягчил сердце мистера Бенджамина Аллена и укротил Ярость мистера Роберта Сойера. Мистер Бен Аллен и закадычный друг его Боб Сойер Сидели в приятном тет-а-тет в маленькой комнатке за Аптекой, занимаясь жареной телятиной и проектами Будущего. По естественному сцеплению идей разговор с будущего Перешел на настоящее и коснулся медицинской практики Боба и его вероятных шансов на получение Независимого дохода от благородной профессии, Которой он посвятил свои силы. "Знаешь, дружище, заметил Боб Сойер, Продолжая нить начатой беседы, откровенно говоря, Я думаю, что они-таки сомнительны". "Что? спросил мистер Бен Аллен, Отхлебнув большой глоток пива в видах прояснения Своих умственных способностей. Что сомнительно, ты говоришь?" "Да эти самые шансы". "Ах, да! Я было и забыл. Пиво освежило мою память. Правда твоя, Боб, они сомнительны". "Поразительно, до чего меня любит бедный народ, Продолжал Боб Сойер задумчивым тоном. Они подымают меня с постели во все часы ночи, Выпивают такую уйму лекарств, что за человека Становится страшно. Облепливаются пластырями, пиявками с настойчивостью, Достойной лучшей участи, способствуют приросту Народонаселения в ужасающих размерах. Шесть прибавлений в разных семействах чуть что не в Одну ночь, и все это поручено моим попечениям". "Что ж, это очень утешительно", Заметил мистер Бен Аллен, придвигая свою тарелку к Блюду с телятиной. "Очень, согласился Боб. Только я нахожу, что доверие пациентов, У которых водится лишний шиллинг в кармане, Было бы еще утешительнее. Мошенник Нокморф превосходно определил это место в Своем объявлении. Обширная практика. Обширная, да, она обширная, но и только". "Боб, сказал Бен Аллен, откладывая в сторону нож и Вилку и устремив пристальный взор на лицо своего Друга. Боб, я научу тебя, что делать". "Научи". "Ты должен, не теряя ни минуты, Вступить во владение капиталом моей сестры Арабеллы". "Капиталом в тысячу фунтов, Положенным в Английский банк на ее имя для Превращения законными процентами и гарантированным Собственноручной распиской господ директоров", Докончил Боб Сойер юридическим слогом. "Именно, сказал Бен. Она получит эти деньги, когда достигнет Совершеннолетия или когда выйдет замуж. Через год она совершеннолетняя, а через месяц, Если ты поведешь дело как следует, она будет Замужем". "Арабелла прехорошенькая и очень милая девочка, Отвечал на это мистер Боб Сойер. Но она имеет один маленький недостаток, Единственный, насколько мне известно. И, к несчастью, этот единственный недостаток Полнейшее отсутствие вкуса. Она не любит меня, Бен". "А она и сама не знает, что она любит", Проговорил с презрением мистер Аллен. "Очень может быть, отвечал Боб, но зато она знает, Чего она не любит. А это, по моему, гораздо важней". "Хотел бы я только знать, продолжал мистер Аллен, Свирепо стискивая зубы и напоминая в этом виде Скорее какого-нибудь краснокожего воина, Питающегося сырым мясом диких зверей, Которое он разрывает руками, чем цивилизованного Молодого человека, мирно кушающего жареную телятину. Хотел бы я только знать, простое ли это бабье Упрямство с ее стороны, или тут скрывается Какой-нибудь негодяй, который сбивает ее с толку. Я бы убил его как собаку". "Да я бы и сам с наслаждением всадил ему Пулю, знай я только, кто он, сказал мистер Сойер, Выглядывая из-за своей кружки между двумя глотками Пива. А если бы он не умер от пули, Так умер бы от операции. Уж я бы об этом постарался". Мистер Аллен помолчал, не сводя задумчиво глаз с Лица своего друга, и наконец сказал: "Ты никогда не делал ей предложения?" "Нет, я видел, что это будет бесполезно". "Ну так ты сделаешь его теперь. Даю тебе двадцать четыре часа сроку, Объявил Бен Аллен с отчаянной решимостью. Она согласится или... или я добьюсь от нее правды. Я употреблю свою власть". "Ну ладно, там увидим". "Увидим", сказал свирепо Бен. Он помолчал с минуту и потом продолжал дрожащим от Волнения голосом: "Ты любил ее с самого детства, мой друг, Любил ее тогда, когда мы с тобой бегали в Школу в коротеньких курточках, и даже тогда уже эта Девчонка задирала перед тобой свой носишко и топтала В грязь твои нежные чувства. Помнишь, как один раз ты упрашивал ее со всею Пылкостью детской любви принять от тебя яблоко и две Тминные лепешки, аккуратно завернутые в исписанный Листок, вырванный из твоей немецкой тетради? Ведь она не взяла?" "Не взяла. Она сказала, что яблоко стало совсем Теплое от того, что слишком долго лежало в кармане Моих панталон, и ей противно". "Да, я отлично это помню, проговорил мрачным тоном Мистер Аллен. Мы еще тогда разделили его пополам и Съели сами". Мистер Боб Сойер нахмурился с меланхолическим видом, Показывая, что и он тоже хорошо помнит это Прискорбное обстоятельство. После чего оба друга умолкли и погрузились каждый в Свои размышления. Пока Бен Аллен и Боб Сойер обменивались этими Замечаниями и пока мальчишка в серой ливрее, Недоумевая, отчего так долго затянулся обед, И томимый грустными предчувствиями насчет вероятного Количества телятины, которая останется на его долю, Бросал украдкой тревожные взоры в стеклянную дверь, По бристольским улицам солидно катил экипаж, По всем признакам собственный Это был крытый кабриолет унылого зелено-бурого Цвета. Везла его коротенькая караковая лошадка с Косматой гривой и большой головой, а правил Долговязый парень угрюмой наружности, одетый выше Пояса кучером, а ниже пояса грумом. Такого вида экипажи часто встречаются в Провинциальных городах и принадлежат по большей Части старым леди с экономическими привычками. И в этом экипаже тоже сидела старая леди, Его единственная и полновластная хозяйка. "Мартин!" окликнула старая леди угрюмого парня, Высовываясь в переднее окно. "Чего вам?" пробурчал угрюмый парень, притрагиваясь, Однако, к полям своей шляпы. "К мистеру Сойеру", сказала старая леди. "Туда мы и едем", отвечал угрюмый парень. Старая леди одобрительно кивнула головой, Очень довольная такой догадливостью угрюмого парня. Тот подхлестнул бичом свою косматую лошаденку, И минут через пять весь поезд остановился у дверей Мистера Роберта Сойера, преемника Нокморфа. "Мартин", сказала старая леди. "Чего?" "Кликните мальчишку, чтоб подержал лошадь". "Я и сам подержу", отвечал Мартин, укладывая свой Бич на крышу колымаги. "Нет-нет, я не могу этого позволить, Сказала старая леди. Ваши показания очень важны, и вы пойдете со мной В дом. Вы не должны отходить от меня ни На одну минуту, пока я буду там. Слышите, Мартин?" "Слышу". "Ну так чего же вы ждете?" "Ничего". С этими словами угрюмый парень слез не Спеша с переднего колеса, на котором он стоял одной Ногой во время этих переговоров, позвал мальчишку в Серой ливрее, откинул дверцу экипажа, Опустил подножку и, протянув длинную руку в огромной Замшевой перчатке, вытащил старую леди с такой Бесцеремонностью, точно это был какой-нибудь кулек с Провизией или узел с грязным бельем. "Ах, Мартин, как я боюсь! Я вся дрожу от волнения", сказала старая леди. Мистер Мартин кашлянул в свою замшевую перчатку, Но не выразил никакого сочувствия. Старая леди мгновенно успокоилась и засеменила по Направлению к крыльцу. Мартин пошел за ней. Как только она вошла в аптеку, Боб Сойер и Бен Аллен, только что успевшие припрятать спиртные Напитки и опрокинуть пузырек с каким-то тошнотворным Снадобьем, чтобы заглушить запах табаку, Выскочили к ней навстречу с почтительнейшими Изъявлениями своего восторга. "Дорогая тетушка, как это мило с вашей стороны, Что вы вздумали нас навестить! Закричал Бен Аллен. Позвольте вам представить, милая тетушка, мой друг Мистер Боб Сойер, о котором я вам говорил по Поводу, вы знаете, по поводу..." Тут мистер Бен Аллен, бывший значительно навеселе, Наклонился к уху старой леди и докончил: "По поводу Арабеллы", полной уверенности, Что он говорит шепотом, но, должно быть, Шепот был очень громкий, потому что все отлично Расслышали, что он сказал. "Дорогой мой Бенджамин, сказала старая леди, Делая тщетные усилия овладеть своим голосом и дрожа С головы до ног. Не пугайся, мой милый, Но я хотела бы прежде поговорить с мистером Сойером Наедине всего несколько слов". "Боб, сказал мистер Аллен, не проводишь ли ты Тетушку в кабинет?" "Разумеется, отвечал Боб с важностью доктора Медицины. Пожалуйте, сударыня, сюда, Прошу покорно. И пожалуйста, не бойтесь никаких болезней, Мы вас мигом починим, ручаюсь вам головой. Сюда, сударыня. Вот так. Ну, в чем же дело?" С этими словами мистер Боб Сойер усадил старую леди В покойное кресло, запер дверь, уселся на стул Против нее и приготовился выслушать подобающим Вниманием подробное описание симптомов какой-нибудь Старушечьей болезни, сулившей ему в будущем великие И богатые милости. Старая леди начала с того, что покачала головой с Самым горестным видом и заплакала в три ручья. "Нервы, сказал Боб Сойер благосклонно Снисходительным тоном. Камфорные капли с водой по три раза в день И успокоительное питье на ночь". "Уж я, право, не знаю, мистер Сойер, С чего мне начать, сказала старая леди. Так это все тяжело, так ужасно". "А мне зачем и начинать, сударыня, отвечал ей Боб Сойер. Я знаю заранее все, что вы мне скажете. Во-первых, голова не в порядке". "Ох, не сердце ли скорее, мистер Сойер?" Пролепетала старая леди с болезненным стоном. "О нет, сударыня, ни малейшей опасности с этой Стороны. Я вам сказал: голова. Но, разумеется, всему причиной желудок". "Мистер Сойер! Воскликнула с негодованием старая леди. "В этом не может быть ни малейшего сомнения, Сударыня, продолжал мистер Сойер тоном глубочайшей Премудрости. Начни вы вовремя лечиться, ничего бы этого не было". "Мистер Сойер, заговорила старая леди, Начиная не на шутку сердиться. Я решительно теряюсь, чем объяснить ваше поведение. Вы или дерзкий нахал, который способен оскорблять Беззащитную женщину, или... Или мы не понимаем друг друга. Если б ваши лекарства или какие бы то ни Было медицинские средства могли предупредить то, Что случилось, поверьте, я не задумалась бы пустить Их в дело. Да что с вами толковать? Я лучше поговорю с племянником". И старая леди поднялась с места, сердито вертя в Руках свой ридикюль. "Постойте, сударыня, одну минутку, сказал Боб Сойер. Я, кажется, действительно вас не понял. В чем дело, сударыня? Пожалуйста, объясните". "Моя племянница, мистер Сойер, Начала старая леди, сестра вашего друга". "Ну, подхватил с нетерпением Боб, Ибо старая леди, несмотря на все свое волнение, Говорила с чувством, с толком, с расстановкой, По обычаю всех старух. Что же дальше?" "Три дня тому назад, мистер Сойер, Моя племянница вышла из дому под предлогом навестить Мою сестру, другую ее тетку, которая держит женский Пансион сейчас у дороги за третьим верстовым Столбом. Тут еще стоит высокая такая ракита, А рядом сад с дубовой калиткой". Тут старая леди приостановилась, чтобы утереть свои Слезы. К чёрту все ракиты и дубовые калитки, Сударыня! закричал Боб, совершенно забывая своём Докторском достоинстве. Нельзя ли поскорей? Ну-с, что же дальше? Сегодня поутру, продолжала старая леди нисколько не Скорее, сегодня поутру она... Воротилась домой, хотите вы сказать, перебил с Живостью Боб. Воротилась домой, не так ли? Нет, не воротилась, а прислала письмо. Что же она пишет? Она пишет, мистер Сойер, вот именно к этому-то я И хотела подготовить Бенджамина постепенно, Чтобы он не слишком взволновался. Она пишет, что она, письмо у меня в кармане, Мистер Сойер, но я забыл в карете свои очки, А без очков я всё равно ничего не разберу. Так не стоит, я думаю, его и доставать. Одним словом, она пишет, что она замужем. Чтооо? закричал во всё горло мистер Сойер. Замужем, повторила старая леди. Но мистер Сойер больше не слушал. Он выскочил сломя голову в первую комнату и заорал Благим матом: Бен, дружище, она убежала! Тем временем мистер Аллен сладко спал за прилавком, Уткнувши голову в колени. Услышав эту потрясающую весть, он вскочил как Ошпаренный, набросился ни с того, ни с сего на Мистера Мартина и, запустив свой кулак под галстук Этого молчаливого служителя, выразил самое Решительное намерение задушить его, не сходя с Места, и в ту же минуту с проворством и Стремительностью, обличавшими последнюю степень Отчаяния, приступил к выполнению своей угрозы, Обнаруживая в одно и то же время замечательную силу Мускулов и ловкие приемы опытного хирурга. В первый момент мистер Мартин, как человек, Не обладающий даром красноречия и не любивший Тратить попусту слов, покорился этой операции с Самым спокойным и приятным выражением на своем Деревянном лице. Убедившись, однако, Что если так пойдет и дальше, то ему грозит Серьезная опасность лишиться на будущее время своего Кучерского жалования и господских харчей, Он пробурчал какое-то бессвязное ругательство и, Ухватив мистера Аллена за плечи, грохнул его об пол. Но так как обе руки мистера Аллена крепко держались За галстук мистера Мартина, то этому джентльмену не Оставалось другого выбора, как последовать за своим Противником. Таким образом, оба очутились на полу, Где и продолжали бороться с переменным успехом. В это время наружная дверь с шумом отворилась, И наличный персонал маленького общества увеличился Появлением двух новых нежданных гостей мистера Пиквика и мистера Сэма Уэллера. На философский ум мистера Уэллера эта сцена Произвела совершенно своеобразное впечатление. Он понял ее в том смысле, что заведение мистера Сойера, бывшее Нокморфа, наняло мистера Мартина для Производства над ним различных медицинских опытов и Что этот джентльмен обязан был, смотря по Надобности, принимать сильные, еще не исследованные Лекарства, глотать разные яды в видах испытания Новоизобретенных противоядий, падать в обморок и Вообще проделывать разные смелые эксперименты, Которые могли способствовать успехам великой науки и Медицины и удовлетворять пытливому духу Любознательности, горевшему в груди ее двух юных Адептов. Само собой разумеется, что составив себе такое Убеждение, мистер Уэллер и не подумал вступиться, А стоял себе преспокойно в дверях, ожидая с большим Интересом, чем кончится происходящий перед ним Любопытный эксперимент. Но не так отнесся к этой сцене мистер Пиквик. Со свойственной ему бесстрашной энергией он ринулся В самый центр битвы и принялся взывать к окружающим, Чтобы они помогли ему разнять двух врагов. Энергия великого человека заставила очнуться Боба Сойера, который до сих пор стоял как в столбняке, Ошеломленный бешеным порывом своего друга. Теперь с помощью мистера Пиквика он поднял на ноги Бена Аллена. Что же касается мистера Мартина, то, Очутившись один на полу, он поднялся сам и Остановился посреди комнаты, растерянно озираясь.