1761

Пена смешалась с кровью Урана Маковый волос, ярость тюльпана Волны венчают губы фиалкой Греется космос лебяжей гадалкой Вечнозелёный пояс Киприды Небо укрыл в среброгвоздных болидах Стаи ракушек несут диадему На полуночный трон В окна кричит циклон Гетеры скачут в шлемах Тонут грифоны, горят колесницы Плавится мрамор в остатках пшеницы Рысью впиваются пролегомены «Я никогда не увижу Микены» Но на ночных лугах Там, где зефир тебя похитил Взвесив гранат во львах Я каменею, как Пракситель Травы встречают звуком прохлады Карие бусы яблок Эллады Голубь вращается в танце Босфора И воскрешает косматых актёров В роще льняных многозлатных улыбок Не избежать плотоядных ошибок В море снуют ненасытные барсы Лилией сбит Гефест Ставят химеры крест На рыбной воле Марса Тонут грифоны, горят колесницы Плавится мрамор в остатках пшеницы Рысью впиваются пролегомены «Я никогда не увижу Микены» Но на ночных лугах Там, где зефир тебя похитил Взвесив гранат во львах Я каменею, как Пракситель В окна кричит циклон Гетеры скачут в шлемах Тонут грифоны, горят колесницы Плавится мрамор в остатках пшеницы Рысью впиваются пролегомены «Я никогда не увижу Микены» Но на ночных лугах Там, где зефир тебя похитил Взвесив гранат во львах Я каменею, как Пракситель Тонут грифоны, горят колесницы Плавится мрамор в остатках пшеницы Рысью впиваются пролегомены «Я никогда не увижу Микены» Но на ночных лугах Там, где зефир тебя похитил Взвесив гранат во львах Я каменею, как Пракситель