Старик

Заставлены растяжки на тропе. Старик неизвестно сколько будет жить на этой Необъявленной войне, где за законом право ты. Как сорок лет он немцев по лесам гоняет, Он уже и бьет синиц. Не видя лиц, стенах психиатрических больниц. Глаза его безумием горят, А в бороде свалялись колтуны. Повсюду для него лютует враг, и все вокруг шаманы, Колдуны. Как сорок лет он немцев по лесам Гоняет, он уже и бьет синиц. Не видя лиц, в стенах психиатрических больниц. Сквозь восьмой десяток лет, Как в ранение рухнул с небес. Они везде, тебе нет спасенья, нет. А в склепу где вырастет гнилой лес. Как сорок лет он немцев по лесам Гоняет, он уже и бьет синиц. Не видя лиц, в стенах психиатрических больниц.