Мальчишка Энви E

В каждом из нас живет мальчишка, Даже сейчас с открытой книжкой. Засыпает, но буквы слишком, только зависть нем Играет, ведь писать не может он. В каждом из нас живет мальчишка, Накорми его плотью, мальчишку с титькой, Ведь он должен другом быть. Для Эндрю лучше, но бы научи читать и всегда Послушен, крепко обнимает нас и в перипетиях беда. Но в яйце тяжелее целый тонны килограмм. Но меня эта часть тебя, что ты не разрушишь, Не разрушишь, сука, не разрушишь никогда. Хоть жалок с виду, ну и пусть, Я все равно тобой горжусь. Протянешь руку, как Иисус. Пусть поймит мой взгляд на дюс, Сорваться попросту на хруст. Иисус таким же вином в вкус. Искусством как бы себя лечит лучше, Чем осечка. Важно, не пизди, что он беспечный. Тут беспечно только правда. Тут Тут беспечно только только правда. Только правда, Тут беспечно Только правда. Только правда, только правда. Тут беспечно только правда. В каждом из нас живет мальчишка, Даже сейчас с открытой книжкой. Засыпает, но буквы слишком, только зависть в нем Играет, ведь писать не может он. Каждом из нас живет мальчишка, Накорми его плотью, мальчишку с титькой, Ведь он должен другом быть. Для Эндрю лучше, но бы научи читать и всегда Послушен, крепко обнимает нас и в перипетиях беда. Но яйце тяжелее целый тонны килограмм. Но меня эта часть тебя, что ты не разрушишь, Не разрушишь, сука, не разрушишь никогда. Хоть жалок с виду, ну и пусть, Я все равно тобой горжусь. Протянешь руку, как Иисус. Пусть поймит мой взгляд на дюс, Сорваться попросту на хруст. Иисус таким же вином в вкус. Искусством как бы себя лечит лучше, Чем осечка. Важно, не пизди, что беспечный. Тут беспечно только правда. Тут беспечно только правда. Тут беспечно только правда. Тут беспечно только правда. Тут беспечно только правда. Тут беспечно только правда. Тут беспечно только правда. Тут беспечно только правда.