День. Вечер. Полночь

Сшиваются на многословья рты, вопли, Что разинув, клали на мостовой слюной дождливой на Кирпичи земной эмали. И клеветал народ смиренно, пуская в ход пустые Взоры. А молодой луч света красок на той слюне писал Узоры. А с непонятной вид натурой гулял младенец по Бульвару, что наблюдал за цирком улиц и добавлял еще Угару. И провода тянулись вдали, столбы шарахались Прохожих. И где-то захлебнулись песни, на канализационный гул Похожий. Все стихло. Полночь. Размышляю. Все мысли как из кофемолки. Харапит фонарь, течет из крана. Встал на ковер, как на иголки. Босые ноги колет пятки. Смотрю в окно. От наслаждения шепчу под нос, что все в порядке. Но бросил в печь еще поленья тот дивный звук. Я его слышу. Всю жизнь он тишиной зовется, и только воздух Я колышу тем ртом, что грустно усмехнется.