Художники

Жизнь была скучна и монотонна, колонка магнитофона Играла в моно марш похоронный. Жизнь прошла в полсилы, не до конца, лишь до Середины. Уходим художниками, не написавшими ни Единой картины. Дорога от тебя по утрам, мой ботанический сад. Останкино, Москва, ноябрь. Новая жизнь, новый уровень квеста. Надо было просто найти занятие по себе и заниматься В закрытой комнате, подальше от музыки соседних Дворов, подальше от счастья. Надо было найти себе друга, жить по-другому. С детства соблазн быть в толпе, огнём гореть, Покуда не потушат тех, кто смелее. Просыпаться разбитым и снова идти в магазин. Нужно было уйти в монастырь. Нужно было знать, что станет потом. Ради пизды мы сворачивали горы, отбросы поколений. Сам себя потрошу, как рыбу. С велосипеда падаю, как болезненный мальчик. Убегаю из школы, гонимый сквозняком. Увольняюсь с работы с кубком победителя. Уезжаю из города, съёбывая от родителей. Детство закончилось, когда понял, что все тебя Бросят. Покуда нет отчаяния, я с ноги выношу двери. Я всю жизнь тебя искал, всё находил и презирал Себе подобных. В рюкзаках за нашими плечами Курт Кобейн стареет вместе с нами. Он не выбирал рождаться или умирать. Истины, систер, это граффити на стенах, несмываемые Дождём. Небо, облака, волна с песком, играющие всё Вокруг, а мы замкнули круг. Подвал моих несбывшихся надежд, корабль. Башмачкин мне сказал, мол, у меня шинель украли. Пошёл ты нахрен! Я всю жизнь тебя искал. Ты не сам создал свой мир, это сделала для Тебя жизнь. Но посмотри на меня, перед тобой Подлинная фигура стойкого оловянного солдатика. Это не я уводил у тебя твой отряд. Я назвал тебя братом и пошёл первым по минным Полям. Жил как чудовище на чердаке, был лишним на Празднике жизни, донашивателем одежды. Твоя честность для меня фантом, твоя жизнь вбитая в Землю надёжно, а моя, как санки, скользит по снегу. Мои истины это моё детство. Мои герои давно мертвы. Мне тяжело идти, улыбаться и знать, как правильно. Я один допиваю бутылку вина в сумрачной комнате. Твои кривляния ненастоящая хуйня. Я умер и лёг в гроб. Вы разошлись по своим делам. Я хотел уйти с вами. Дорога в рай была запечатана ментами, но однажды мы Все вернёмся наш дом со сквозняками.