Макар Чудра, Чт. 6

"Вот так однажды комар гудел, орлиный клекот Передразнивая", сказала она. Точно снегом в нас кинуло. "Может быть, ты, Рада, кнута хочешь?" Потянулся Данила к ней. А Забар бросил наземь шапку да и говорит, Весь черный, как земля: "Стой, Данила! Горячему коню стальные удила. Отдай мне дочку в жены". "Вот сказал речь, усмехнулся Данила. Да возьми, коли можешь". "Добро", молвил Лойко. И говорит Раде: "Ну, девушка, послушай меня немного да не Кичись. Много я вашей сестры видел, Эге, много, а ни одна не тронула моего сердца Так, как ты. Эх, Рада, полонила ты мою душу. Ну что ж, чему быть, так то и будет. И нет такого коня, на котором от самого себя Ускакать можно было. Беру тебя в жены перед Богом, своей Честью, твоим отцом и всеми этими людьми. Но смотри, Воле моей не перечь. Я свободный человек и буду жить так, Как я хочу". И подошел к ней, стиснув зубы, сверкая глазами. Смотрим мы, Протянул он ей руку. Вот, думаем, и надела узду на степного коня Рада. Вдруг видим, взмахнул он руками и оземь затылком. Грух! Что за диво? Точно пуля ударила в сердце малого. А это Рада захлестнула ему ременное кнутовище за Ноги да и дернула к себе. Вот отчего упал Лойко. И снова уж лежит девка, не шевелясь, Да усмехается молча. Мы смотрим, что будет. А Лойко сидит на земле и сжал руками голову, Точно боится, что она у него лопнет. А потом встал тихо да и пошел в Степь, ни на кого не глядя. Нур шепнул мне: "Смотри за ним". И пошел я за Забаром по степи в темноте Ночной. Так-то, сокол. Шел Лойко нога за ногу, повеся голову и опустив Руки, как плети. И придя в балку к ручью, Сел на камень и охнул. Так охнул, Что у меня сердце кровью облилось от жалости, Но все ж не подошел к нему. Словом, горя не поможешь. Верно? То-то. Час он сидит, Другой, Сидит и третий, не шелохнется. Сидит, И я лежу неподалеку. Ночь светлая, Месяц серебром всю степь залил, И далеко все видно. Вдруг вижу, от табора спешно Рада идет. Весело мне стало. Эх, важно, думаю, удалая девка Рада. Вот она подошла к нему, он и не слышит. Положила ему руку на плечо. Вздрогнул Лойко, разжал руки и поднял голову. И как вскочит да за нож! Ух, порежет девку, вижу я. И уже хотел, крикнув, до табора побежать к ним. Вдруг слышу: "Брось, голову разобью". Смотрю, У Рады в руке пистоль, и она в лоб Забару целит. Вот сатана-девка! А ну, думаю, Они теперь равны по силе. Что будет дальше? Слушай. Рада заткнула за пояс пистоль и говорит Забару: "Я не убить тебя пришла, а мириться. Бросай нож". Тот бросил и хмуро смотрит ей в очи. Дивно это было, брат. Стоят два человека и зверями смотрят друг на друга. А оба такие хорошие, удалые люди. Смотрит на них ясный месяц да я, И все тут.