Царевна лягушка Часть 2

Проснулся наутро Иван-царевич, А у Квакушки хлеб давно готов. Да такой славный, что ни вздумать, Ни взгадать, только в сказке сказать. Обрадовался Иван-царевич, взял хлеб, Понес к царю, А там уже старшие братья сидят, Своих жен хлеба держат. Увидали Иванов хлеб И ахали. Ты только посмотри! Хлеб-то изукрашен разными хитростями. Говорит Петр-царевич. А по бокам видны города русские с заставами, Наверху горят терема белые. Федор-царевич удивляется. Гляди, а сам хлеб-то мягкий, рыхлый, Поджаристый. Попробовал царь хлеб старшей невестки, Разгневался. Тьфу! Этот хлеб только свиньям есть. Попробовал хлеба средней невестки, Разохался. Ох, хо-хо-хо, тошенёхонько. Этот хлеб на конюшню дайте коней кормить. Взял хлеб Ивана-царевича, Отломил кусок, попробовал. Это хлеб так хлеб. Ммм, только в праздник есть. Съел царь хлеб до крошечки И тут же велел трем сыновьям. Чтоб завтра к утру свету соткали мне невестки По шелковому ковру. Воротился Иван-царевич домой невесел, Ниже плеч буйно голову повесил. Говорит ему лягушка-квакушка. Иван-царевич, почему ты так кручинен стал? Аль услышал от царя слово грозное? Охохо, как мне не кручиниться, Как не печалиться? Государь мой батюшка приказал тебе за единую ночь Соткать ему шелковый ковер. Не тужи, родной. Ложись-ка спать-почивать. Утро вечера мудренее. Старшие невестки Посылают девку Чернавку под окошко поглядеть, Как лягушка ковер ткать станет. Воротилась девка Чернавка. Лягушонка шелк на куски порвала, За окно побросала. Взяли шелка цветные невестки старшие, Порвали, повыдергали, за окошко бросили. Лежат шелка на зеленой траве, их солнышко печет, Частым дождиком сечет. Час прошел и другой прокатил, и третий пролетел. Испугались тут невестки, что дело стоит. Ухватили шелк с зеленой травы. Они его вяжут, они отряхивают, Ковры ткать садятся, а лягушка Ночью выпрыгнула на крыльцо, О земь грянулась и стала царевной красавицей. Закричала она зычным голосом. Мамки-няньки, собирайтесь, снаряжайтесь шелковый Ковер ткать, чтоб был таков, на каком я у Батюшки моего сижевала. Как сказано, так и сделано. До утра проснулся Иван-царевич, У Квакушки ковер давно готов. Да такой ковер, что ни в сказке сказать, Ни пером описать. Изукрашен ковер златом-серебром, Скатным жемчугом. Обрадовался Иван-царевич, к царю ковер понес. Вот три сына перед царем сидят и три ковра На руках висят. Поглядел царь на первый ковер, Говорит царевичу Федору. Твой ковер, Федор, только на конюшне держать. Поглядел на другой. А этот, Петр, в бане постилать. Взял царь ковер у Ивана-царевича. Ух ты! А этот ковер то ковер на мой царский трон Постелить. Отдал тут царь новый приказ, Чтобы все три царевича к нему на смотр пришли Вместе с женами. Опять воротился Иван-царевич домой невесел, Ниже плеч буйно голову повесил. Сидит лягушонка в лукошке, квакает. Иван-царевич, отчего кручинишься? Аль услышал от отца слово неприветливое? Охохохохо, Как мне не кручиниться? Государь мой батюшка велел, чтобы я с тобой на Смотр приходил. Как я тебя в люди покажу? Не тужи, царевич, Ступай один к царю, А я вслед за тобой буду. Как услышишь стук да гром, скажи: Это моя лягушонка едет в своем коробчонке. Пошел Иван-царевич один к царю. Старшие братья пришли с женами. Разодеты невестки, разубраные, Стоят над Иваном-царевичем, посмеиваются. Что ж ты без жены пришел? Хоть бы в платочке принес. И где ты такую красавицу выискал? Чай, все болота исходил. Горько Ивану-царевичу, А сказать-то нечего. Вдруг раздался стук да гром. Затряслись палаты царские, гости с лавок посыпались. Испугался царь и царевичи. А Иван-царевич и говорит: Не бойтесь, Люди добрые, это моя лягушонка едет в своей Коробчонке. Тут подлетела к царскому крыльцу коляска золоченая, В шесть лошадей запряженная. И вышла из коляски Василиса Премудрая. Такая красавица, Что ни вздумать, ни гадать, только в сказке сказать. Плывет, словно пава. Во лбу месяц светит, Под косой звезда блестит, На каждой волосинке Жемчужинка висит. Взяла она Ивана-царевича за руку, Повела за столы дубовые, за скатерти браные. Иван-царевич с нее глаз не сводит, Не налюбуется. Царь на нее глядит, улыбается. Гости на красоту ее радуются. А уж старшие невестки с зависти сохнуть начали. Стали гости есть, пить, веселиться. Царевна из стакана попьет, А последки себе в левый рукав льет. Закусит царевна лебедем, А косточки в правый рукав спрячет. Жены старших царевичей то увидели, Да и давай то же самое делать. Вот заиграли дудки, забили бубны, Пошли гости плясать. Вышла и царевна Василиса. Она павой плывет, левой рукой махнет Станет озеро. Поведет царевна правой рукой поплывут по озеру белые Лебеди. Удивляются гости, дивуются. Тут и старшие невестки пошли плясать. Махнули левыми рукавами Гостей забрызгали. Махнули правыми царю прямо в глаз костью Попали. Рассердился царь и прогнал их с пира Долой. Стала Василиса песню петь. Ее гости заслушались. Лебеди ей подтягивают. Соловей в лесу трель подает. А Иван-царевич потихоньку с пира вышел, Домой побежал. Увидал в лукошке да лежанке лягушачью кожу, Схватил, в печку кинул, большим огнем спалил. Воротилась царевна с пира, к лукошку бросилась, Поглядела в печь, Заплакала. Ах, Иван-царевич, Иван-царевич, Что ты наделал? Еще денек бы потерпел, была бы я навеки твоей Женой. А теперь прощай. Ищи меня за тридевять земель в Тридесятом царстве у Кощея Бессмертного. Обернулась царевна белой лебедью Да в окно и вылетела.