Мой немец. Памяти Юлии Друниной.

Горел и плавился металл, Устали люди и броня. А он, проклятый, не устал, а он все Целился в меня. Я в белом платье стала в Строй, Невеста, но ничья. Была я раненым Сестрой. Он Снайпер у ручья. Мой немец, Немец мой, Мой немец, немец мой. Страшнее жажды нет беды, что может и Убить. Боец просил воды, воды и с жарким Стоном: "Пить!" И я ползла, Ложась в следы, Таясь, как бурундук. Но обе фляги для Воды Он, Он выпил у меня из рук. Пробил сосуд с водой Живой Мой немец, немец мой. Землянки скудное жилье. Достала сверток и стряпья, И платье белое свое Надела только для тебя. Не знаю, кто ты сын, отец. Ты скрыт, я на виду. И в белом, словно под Венец, С ведром к ручью иду. Иду, не прячась, по Прямой, Мой немец, немец мой. Ты в ослепленности своей Навел прицел, окрест. Жену убей и мать убей ты, Убивающий невест. Склонялась до земли ветла, качался Лист, звеня. Я воду раненым Несла, И он Не Выстрелил в меня. И сразу стал Моей судьбой Мой немец, немец мой. И сразу стал моей Судьбой Мой немец, немец мой. Где он теперь? В каком краю? Дожил ли до такого дня, Чтоб песню перенять Мою И в песне той узнать меня? С тех пор бывает лишь во Сне Страшней, чем наяву. С тех пор не враг он больше Мне. С тех пор его я и зову Мой немец, Мой немец, Немец мой, Мой немец, немец мой. Мой немец, Немец мой, Мой немец, немец мой.