А я один сижу на плинтуаре

А я один сидю на плинтуаре тёмной ночкой. Сидю, глядю три курицы хиляют чином в ряд. Одна упэрэди, другая упозади, а третья за Первой качает головой. Одна упэрэди, другая упозади, а третья, Боже ж мой, садись-ка ты со мной. Ты, детка, сядь со мной на плинтуаре тёмной ночкой. Сиди, гляди, как фраера хиляют чином в ряд. Один чуть-чуть правэй, другой чуть-чуть левэй, А третий, Боже мой, качает головой. Один чуть-чуть левэй, другой чуть-чуть правэй, А третий, Боже ж мой, садись-ка ты со мной. А что ты, поц, сидишь на плинтуаре тёмной ночкой? Сидишь, глядишь, а бабки уплывают, Боже ж мой. И бабки ой-ой-ой, и шкары, Боже ж мой, и бабки ой-ой-ой прощаются с Тобой. И бабки ой-ой-ой, и шкары, Боже ж мой, и бабки ой-ой-ой прощаются с тобой. Так не сидишь ты, поц, на плинтуаре тёмной ночкой. Не надо ждать, чтоб воры проконали чином в ряд. Ты будешь весь пустой с надеждой и тоской, А может, даже ты простишься с головой. Ты будешь весь пустой с надеждой и тоской, А может, даже ты простишься с головой. А я один сидю на плинтуаре тёмной ночкой. Сидю, глядю три курицы хиляют чином в ряд. Одна упэрэди, другая упозади, а третья за Первой качает головой. Одна упэрэди, другая упозади, а третья, Боже ж мой, садись-ка ты со мной.