День Нашей Смерти

Мы неплохо отметим, загудим всем районом, Поверьте. Споры язвы в конверте, Свинец прямо в сердце. Это день нашей смерти. Наше счастье на вертел и затем пустим по ветру. Пусть летит, не стесняясь, на волосы пеплом. Это день нашей смерти. И я отдам этот плохо зарифмованный текст. Мог бы ехать быстрее, да подковы не те. По разбитым камням площадей среди мертвых людей, Оседлав тела мертвых коней. Как будто не зря ты поставила крест. У меня два на груди это соль и диез. Пережатым, как эхо в пещере соблазна под моднейшей Накидкой на Пасху воскрес. По венам настойчиво шел этанол. Музей мер и весов мудака эталон. А по ком звонит колокол? Ставь на дозвон. Надо десять на вечер. Гуляем семьей. Донышко, чтоб мы с него бодро Взлетели. Солнышко на эмоциональных качелях. Благие как помыслы блаженной юродивой. Я так не хотел, но никто не поверит. Я как Бумер в той рекламе дотянулся до звезд. Хорошенько настоялась простокваша из слез. И вдыхал полной грудью эту пыль с груди ангела. А слева я стояла рядом так хорошо, Но заложник ситуации, как Марти МакФлай. Мне бы стоило вернуться, но как тут всех оставить? В интернете нагадали, что мне путь прямо в рай, Но как будто не найти мне там хорошей компании. Саморазрушение как цель и страдание как средство. И у нас такого много. Боль без утешения остаточными спазмами гореть, Пока не закроют крышку гроба. Песенка короткая, как жизнь и глубокая, Как море, куда впадают реки крови. На скалистом берегу от суеты чуть отдохнув, Мы заряжаем свой тектоник. Наше счастье на вертел и затем пустим по ветру. Пусть летит, не стесняясь, на волосы пеплом. Это день нашей смерти. Это день нашей смерти. Это день нашей смерти. Это день нашей смерти. Это день нашей смерти. Мы неплохо отметим, загудим всем районом, Поверьте. Споры язвы в конверте, Свинец прямо в сердце. Это день нашей смерти. Наше счастье на вертел И затем пустим по ветру. Пусть летит, не стесняясь, на волосы пеплом. Это день нашей смерти. Это день нашей смерти. Это день нашей нашей смерти.