Варвары, Чт. 5

Идут Катя, Степан и Анна. Прошло всего два месяца, но, право, Точно годы я прожила. Так все это страшно. Да, жизнь серьезная. Ты знаешь, Катя, есть люди, которые с наслаждением Бьют женщин по лицу, по глазам, Кулаками бьют до крови. Ты понимаешь, ногами бьют. Я знаю. Отец бил маму, Гриша бьет. Милая моя, дитя мое. Ты сядь, не волнуйся. Забавно мне смотреть на вас. Вы точно вчера прозрели. А какие страшные дети есть там. Они заражены болезнью. Глаза у них такие унылые, такие тревожные, Ну как погребальные свечи. А матери бьют и проклинают своих детей за то, Что дети родились больными. А, Господа, Если бы все люди знали, на чем построена их Жизнь. Мы знаем, это вам в диковинку, А мы очень даже хорошо знаем. Очень хорошо. Народ зверье. И становится все хуже. Еще бабы смирнее, а мужики сплошь арестанты. Но и бабы тоже. Кто тайно водкой торгует. О да! А вам известно, как они мужей травят? Испечет, знаете ли, пирожок с капустой и Мышьячком и угостит нас. А как же иначе? Если они дерутся, так так и нужно. Что говорит, милая, что говорит? Я вас за такие речи, сударыня. Ух, не дышите на меня. Фу! Ну, господа, Если вы знаете все это. Не будь наивной, Анна. Кого вы думаете здесь удивить? Как не люблю я вашу усмешку. Чего вы всегда смеетесь? Жизнь полна преступлений, которым имени нет, И преступники не наказаны. Они все командуют жизнью, а вы только ахаете. Ну что же надо делать? Да, что делать? Открывать глаза слепорожденным. Больше вы ничего не можете делать, ничего. А ваш братец взял бутылку шартреза и, Видите, пьет. Ах, негодяй! Зелье крепкое. Гришка, давай сюда. Давай, говорю. А тебе что? Не твое. Давай, говорю. Ну пошла, ну, не дам. Я пойду, он сейчас стукнет ее. А Сергей Николаевич продолжает воспитывать его. Это может плохо кончиться. Ну, Сергей едва ли учил красть бутылки. А пить вино? Чтобы сразу все было понятно, Егор, Я приехала к тебе. Мы отложим этот разговор до другого раза. Нет, подожди. Я примирилась с мыслью, что мы с тобой чужие, Что я чужая для тебя. Чужая? А тебя со мной роднили поцелуи и только? Не знаю. Скажу одно, Егор. Мне без тебя так трудно. Я так глупа, бессильна. Я ничего не знаю и не умею. Послушай, Анна, скажи мне сразу, чего ты хочешь. Не обижай меня, Егор. Я ведь не за милостыней пришла. Я люблю тебя, я очень сильно тебя люблю. Но я знаю, что если ты решил, это бесполезно, Если ты решил. Зачем друг другу дергать нервы? Моя любовь маленькая, но она мучает меня. Не уходи, не уходи. Мне стыдно, что моя любовь такая. Сначала мне было обидно и больно. Я думала о смерти, когда я уехала. Ну что я тебе могу сказать? Я не понимаю тебя. Я Так беспомощна. Я такая ничтожная, и Мне все так страшно, когда одна. Так нестерпимо жалко видеть больного избитого Ребенка, который даже плакать боится. Анна, мне нужно знать, чего ты хочешь. О, Я хочу Побыть около тебя еще немножко, Еще немножко. Я не помешаю тебе. Живи, как хочешь, но мне необходимо это. Тебе тяжело будет. Смотри. Тогда я уйду, я уйду. Видишь ли, Егор, я ни о чем серьезно не Думала до этой поры. Возвращается Катя. Она подходит к Анне и нежно обнимает ее. О чем ты говоришь? О жизни, девочка моя. Ты должен что-то дать мне взамен того, Что взял. Не знаю, Анна, как я это сделаю, Не знаю. Неловко мне. Ага, неловко. То-то Ненавижу мужчин. И когда-нибудь я этого Лукина так отщелкаю. Да ведь и мне тоже неловко и стыдно, Что я такая. Но куда же я пойду? Я не знаю. В моей семье все по-старому. Я от них отвыкла, они непонятны мне. Вы помирились? Не говори, Анна. Пускай она умрет от любопытства. Да ведь я вижу. Эх, когда б вы были моим мужем, Я бы вас вот как держала. Не пугайте меня, пожалуйста. Милая моя девочка. К столу подходят Цыганов и Надежда. Монахов из-за деревьев наблюдает за ними. С вами, дорогая моя, и приятно, И страшно, как над пропастью. А как вы много пьете! Как злит меня, что неуязвимы вы для яда, Который я хотел бы вам привить. Как это жаль. Пойдем отсюда, Катя. Только не в комнату, в беседку. Ты слишком откровенно ведешь свои дела, Сергей. Ничего, ничего. Мир может восхищаться ими, если хочет. Жорж. Милое имя. Ох, Маврикий, ну ты чего тут? А вот сюда. Как нехорошо это, вертеться на глазах. Ты что ворчишь? Опять живот болит или мозоль? Вы понимаете? Это он нарочно грубости и гадости говорит, Чтобы отвратить от меня мужчин. Да ну что вы, это прием любопытный. Если б вы знали, какой это противный человек, То он говорит, что у меня изо рта пахнет. Кому же я говорил? Напомнить? Я напомню. Надя, я пошутил. Я напомню! Пошутил. Надь. Надежда, раздраженная, Уходит. За ней идет Монахов. Цыганов устало садится в кресло. К нему подходят Гриша и Дробязгин. Сергей Николаевич, Сергей Николаевич. Что такое? По-по-позвольте вас спросить, Что такое тайные пороки? А я не скажу этого вам, друг мой. Я предпочитаю вас видеть явно порочными. Это значительнее, это красивее. А добродетели тайные бывают? Да, по-моему, они всегда таковы. Я никогда не видал явных добродетелей. А как оно называется? Это вот зеленое, густое, которое первый раз-то Поднесли. Вы помните? Шартрез, юноша. Шартрез. Сергей Николаевич, а кто мудрейший из мудрецов? О! По этому поводу в истории Философии сказано следующее. Было три мудреца. Первый из них утверждал, что Мир есть мысль. Второй утверждал Что-то обратное. Что именно, я не помню. Но я, наверное, знаю, Что третий Соблазнил жену первого. Украл рукопись у второго, Выдал ее за свою, напечатал, и его Увенчали лаврами. Ловко. Да, действительно подкузьмил. Ну да, да, вот именно подкузьмил. И прибавьте объего--ну, это неважно. Давайте выпьем. И да здравствует Юность! Ах, как поздно понимает человек, Как это приятно быть юношей. Я полагаю, Сергей Николаевич, так, Что воровство всегда будет. Что? Непременно, друг мой, по крайней до тех пор, Пока кто-нибудь не украдет всего. Ну а когда уж красть будет нечего, тогда уж Поневоле все станут честными. Голыми все будут. А вот Емелька Пугачев хотел все это украсть, Так его живьем сварили, растопили котел Серебра и башкой его туда. Сдох. Сдох. Цыганов наливает всем вина. Появляется Лидия. Она брезгливо смотрит, как они пьют. Дробязгин и Гриша, увидев Лидию Павловну, Уходят. Дядя Серж. Что вы мне прикажете, дорогая моя? Зачем это вы их так? А почему? Почему? Приятно, знаете, развратить этих двух поросят. Может быть, порок сделает их более похожими на Людей. Серж Цыганов, гурман и лев, Еще недавно законодатель мод-А, Да. Напивается. С кем? Да, да, да. И влюблен в жену акцизного надзирателя, Прибавьте. Земля вертится скверно, что-то там испортилось в Гармонии вселенной. В самом деле, Что с вами? Ах, какая эта женщина! Вы дурите. Нет. Сергей Николаевич! Иду, иду. Вы знаете, моя дорогая, я, кажется, Скоро предложу ей вступить со мной в законный брак. Да, да, да. Мне уже пора в брак, Как острят приказчики. Ну, Идемте? Нет. Тяжело смотреть на вас, господа. Уехать хочется отсюда. Ах, это все потому, что кто-то неожиданно приехал. Зачем же быть вульгарным и со мной? Ах, моя дорогая! Лидия идет к дому. Навстречу ей Анна. Вы получили мою записку? Зачем вы написали это? Я вас обидела? Унижаете себя, мне кажется. Разве это важно, если любишь? Вы хотите сказать мне что-то? Да. Не презирайте меня. Я сама себе противна в эту минуту. У меня нет другого места на земле. Вы понимаете? Ну нет у меня другого места. Жизнь так огромна. Я могу жить только около него. Зачем мне это надо знать? Не говорите так. Сильные должны быть добрыми. Я хочу спросить у вас... И не могу. Вы знаете, о чем я хочу спросить вас? Да, пожалуй, знаю. Люблю ли я вашего мужа? Это? Нет, Не люблю. Это правда. А он вас скажите? Не знаю, не думаю. Этого нельзя не знать. Мы с ним друзья, многом говорим. Ох, я теперь тоже могу говорить с ним о Многом. Вот и прекрасно. Я женщина, я люблю, я хочу быть с ним. Могу идти. Я вам противна, да? Но поймите, я не могу иначе любить. Простите меня, но мне кажется, что ваша такая любовь Тяжела ему. Он сильный, он очень сильный. До свидания. Не презирайте меня. Ну все равно. О Господи, помоги мне, Помоги мне! Яков Алексеевич, Яков Алексеевич, Пожалуйте! Доктор Монахову в морду дал. Что такое? Почему? Неизвестно. В опустевшем на мгновение саду появляется Чиркун. Он крепко держит за руку охмелевшего доктора. За ними идут Надежда, Анна и Степа. Вы сейчас же уйдете отсюда. Кто вы такой? Вы здесь развратили всех. Молчите. Стыдитесь. Вы оба воронье, я вам не падаль, Меня не расклюете, как Кретозубого. Кто вы такой? Я вас спрашиваю. Идите же. Ах, какой прекрасный, храбрый И как просто схватил и увел.