Другая комната в замке

Другая комната в замке. Входит Гамлет, читая. За ним появляется Полоний. Как поживает господин мой Гамлет? Хорошо, слава богу. Вы меня знаете, принц? Отлично. Вы рыбный торговец. Нет, что вы, милорд. В таком случае не мешало бы вам быть таким Же честным. Честным, милорд? Да, сэр. Быть честным по нашим временам это значит быть Единственным из десяти тысяч. Это совершенная истина, милорд. Что и говорить. Ведь даже если такое божество, как солнце, плодит Червей, лаская лучами падаль. Есть у вас дочь? Есть, милорд. Не пускайте ее на солнце. Не зевайте, приятель. Ну что вы скажете? Нет, нет, да и свернет на дочку. Что вы читаете, принц? Слова, слова. Слова. А в чем там дело, милорд? Между кем и кем? Я хотел спросить, что написано в книге, Милорд. Клевета. Каналья-сатирик утверждает, что у стариков седые Бороды, лица в морщинах, что у них совершенно Отсутствует ум и чертовски слабые ляжки. Всему этому, сэр, я охотно верю, но публиковать все Это считаю бесстыдством, ибо сами вы когда-нибудь Состаритесь, как я, ежели будете, подобно раку, Пятиться назад. Если это и безумие, то в своем роде Последовательное. Не уйти ли нам подальше С открытого воздуха, милорд? Куда? В могилу? В самом деле, дальше нельзя. Однако пойду подумаю, как бы мне поскорее Встретиться с дочкой. Досточтимый принц, прошу вашего разрешения Удалиться. Не мог бы вам дать ничего, сэр, С чем я расстался бы охотней. Кроме моей жизни. Кроме моей жизни. Кроме моей жизни. Желаю здравствовать, мой принц. О, эти несносные старые дурни! Появляются Розенкранц и Гильденстерн. Почтенный принц! Бесценный принц! Ба! Милые друзья! Ты, Розенкранц. Ты, Гильденстерн. Ну, как дела, ребята? Как у любого из сынов земли. По счастью, наше счастье не чрезмерно. Мы не верхи на колпаке фортуны. Но также не и за ее подошвой? Ни то, ни это, принц. Ну что же, превосходно. Однако что нового? Ничего, принц, кроме того, что в мире сгила совесть. Значит, скоро конец света. Однако у вас ложные сведения. Ну, давайте поподробней. Чем прогневили вы, дорогие мои, эту свою фортуну, Что она шлет вас сюда, в тюрьму? В тюрьму, Принц? Ну да, конечно. Дания тюрьма. Тогда весь мир Тюрьма. И притом образцовая, Со множеством арестантских темниц и Подземелий, Из которых Дания наихудшая. Мы не согласны, принц. Значит, для вас она не тюрьма? Ибо вещи сами по себе не бывают ни хорошими, Ни дурными, а только в нашей оценке. Для меня Она тюрьма. Значит, тюрьмой делает ее ваше честолюбие, Ваше требование. Тесно в ней? О боже, Ну заключите меня в скорлупу ореха, И я буду чувствовать себя Повелителем бесконечности. Если бы только не мои дурные сны. А сны и приходят из честолюбия. Ах, однако чему умствовать? Не пойти ли нам, лучше, ко двору? Ей богу, я едва соображаю. Мы будем неотступно следовать за вами с нашими Услугами. Нет, к чему же? Мои слуги стали слишком хорошо следить за мной в Последнее время. Однако, положа руку на сердце, зачем вы в Эльсиноре? В гостях у вас, принц, больше ни за чем. За вами не посылали? Это ваше собственное побуждение? Ваш приезд доброволен? Пожалуйста, по совести. Ага Ну как? Что нам сказать, принц? Я знаю, добрый король и королева посылали за вами. С какой целью, принц? Ну, это уж вам лучше знать. Однако заклинаю вас былой дружбой и любовью, Единомыслием, без изворотов со мной. Посылали за вами или нет? Ну, что вы скажете? Ну вот, не в бровь, А в глаз. Если любите меня, Не отпирайтесь. Принц, за нами посылали. Хотите, скажу вам зачем? Таким образом, моя догадка предупредит вашу Откровенность, И ваша верность тайне короля и королевы не полиняет Ни перышком. Недавно, Не знаю почему, я потерял всю свою веселость и Привычку к занятиям. Мне так не по себе, Что этот цветник мироздания, Земля, Кажется мне бесплодною скалою, А этот Необъятный шатер воздуха, Этот, видите ли, царственный свод, Выложенный золотой искрой, Для меня не что иное, как скопление вонючих и Вредных паров. Какое чудо природы! Человек. Как благородно рассуждает Он! С какими безграничными способностями! Как точен и поразителен по складу и движениям, Поступками как близок ангелам, Почти равен Богу Разумением. Краса вселенной, Венец всего живущего. А что мне эта квинтэссенция праха? Мужчины не занимают меня и женщины тоже. Как ни оспаривают это ваши улыбки. Ничего подобного у нас не было в мыслях, Принц. Что же вы улыбнулись, когда я сказал, Что люди не занимают меня? Мы подумали о том, какой постный прием вы окажете В таком случае актерам. Мы их только что обогнали в дороге, они направляются Сюда к вам предложить вам свои услуги. С приездом в Эльсинор вас, господа. Ваши руки, Товарищи. А, в понятие радушия входит такт и светские Условности. Обменяемся их знаками, чтобы после моей Встречи с актерами вы не подумали, что с ними Я был более любезен. Но мой дядя, отец и тетка, матушка ошибаются. Я помешан только в норд-норд-вест. При южном ветре я еще отличу сокола от цапли. Милорд, у меня есть новости для вас. Милорд, у меня есть новости для вас. Когда Ростций был в Риме актером-Актеры приехали, Милорд. Неужто? Ах, ах, ах! Появляются актеры. Здравствуйте, господа. Рад вам всем. Милости просим. Здравствуйте, Мои хорошие. Ба, Старый друг! Смотрите, какой бородой завесился с тех пор, Как мы не виделись. Приехал, прикрывшись ею, подсмеиваться надо мной в Дании. Вас ли я вижу? Барышня моя! Милости просим, господа. Милости просим. Господа, давайте, как французские сокольничие, Набросимся на первое, что нам попадется. Ну, какой-нибудь монолог, Какой-нибудь страстный монолог. Какой монолог, добрейший принц? А помнится, ты раз читал один отрывок. Это где Эней рассказывает о себе Дидоне, А в особенности то место, где он говорит об Убийстве Приама. Если он еще в памяти у вас, начните вот С такой строчки. Погодите, погодите. Свирепый Пирр, чьи черные доспехи и мрак души Напоминали ночь, когда лежал он, Прячась в конском чреве, теперь закрасил черный цвет Одежд малиновым и стал еще ужасней. Теперь он с головы до ног в крови мужей, И жен, и сыновей, и дочек, запекшейся в жару Горящих стен, которые убийце Освещают дорогу к цели. В кровяной коре, Дыша гневом и злобой, Пирр безбожный, Карбункулами выкатив глаза, Приама ищет. Продолжайте сами. Ей богу, хорошо, милорд. С хорошей дикцией и чувством меры. Он его находит, Насилу приподнявши меч. Приам от слабости его роняет на землю. Ужасен вид поруганной царицы. Поруганной царицы? Хорошо. Поруганной царицы. Хорошо. Увидев это, Каждый человек изверился бы в правоте Фортуны и проклял бы владычество Судьбы. А если б с неба Боги посмотрели, как издевался над царицей Пир, терзая перед нею тело мужа, Спокойствие оставило бы их, глаза бы их Наполнились слезами из жалости к несчастной. Он изменился в лице и весь в слезах: Пожалуйста, довольно. Хорошо. Остальное доскажешь после. Почтеннейший, посмотрите, чтобы об актерах хорошо Позаботились. Вы слышите? Пообходительней с ними, потому что они Краткий обзор нашего времени. Я обойдусь с ними по заслугам. Нет, лучше, чтоб вас черт побрал, Любезнейший. Если обходиться с каждым по заслугам, Кто уйдет от порки? Обойдитесь с ними в меру вашего великодушия. Чем меньше у них заслуг, тем больше их будет У вашей доброты. Проводите их. Скажи, Старый друг, Можете вы сыграть убийство Гонзаго? Да, милорд. Превосходно. Поставь это Завтра Вечером. Скажи, А можно ли в случае надобности заучить кусок, Ну, строк в двенадцать, шестнадцать, который я Напишу и вставлю, можно? Да, милорд. Превосходно. Ступай за тем господином. Простимся до вечера, друзья мои. Еще раз вы желанные гости в Эльсиноре. Добрейший принц! Храни вас Бог! Один я. Наконец-то. Какой же я холоп и негодяй! Не страшно ль, Что актер проезжий этот в Фантазии Для сочиненных чувств Так подчинил мечте свое сознание, Что сходит кровь со щек его, глаза туманят слезы, Замирает голос, и облик каждой складкой говорит, Чем он живет. А для чего в итоге? Из-за Гекубы. Что он Гекубе? Что ему Гекуба? А он рыдает. Что б он натворил, будь у него такой же Повод к страсти, Как у меня? Он сцену б утопил в потоке слез громоподобной речью И свел бы виноватого с ума, потряс бы правого, Смутил невежду и изумил бы зрение и слух. А я, Тупой и жалкий выродок, Слоняюсь в сонливой лени и ни о себе не Заикнусь, ни пальцем не ударю для короля, Чью жизнь и власть смели так подло. Что ж, Я трус. Кому угодно сказать мне дерзость, Дать мне тумака, Развязно ущипнуть за подбородок, Взять за нос, обозвать меня лжецом заведомо Безвинно. Кто охотник? Смелее! В получении распишусь. Ни желчь в моей печенке глубинной, Позор не злит меня. А то б давно я выбросил стервятникам на сало Труп изверга. Блудливый шарлатан, Кровавый, лживый, злой, сластолюбивый. О, мщение! Ну и осел я, Нечего сказать. Я сын отца убитого. Мне небо сказало: встань и отомсти. А я? Я изощряюсь в жалких восклицаниях и сквернословием Душу отвожу, как судомойка. Тьфу, черт! Проснись, мой мозг. Я где-то слышал, что люди с темным прошлым, Находясь на представлении, сходном по завязке, Ошеломлялись живостью игры и сами признавались в Злодеянии. Убийство выдает себя без слов, Хоть и молчит. Я поручу актерам Сыграть при дяде вещь по образцу отцовой смерти. Послежу за дядей. Возьмет ли за живое? Если да, я знаю, как мне быть. Но может статься, тот дух был дьявол. Дьявол мог принять любимый образ. Может быть, лукавый расчел, как я устал и удручен, И пользуется этим мне на гибель. Нужны улики поверней моих, прочней опора, Зрелище, петля, чтоб заарканить совесть Короля.