Одиночество пуль

В этой комнате, где штукатурка подстает зиме, Где пространство закручено в тугий сухой Жгут, Одиночество пуль это память о той тюрьме, Из которой их завтра в свинцовый поход пошлют. Их лежание в ящике строгий немой балет, Где у каждой есть профиль, достойный седых монет. Но не вычесть из меди запекшийся в ней секрет, Что металла честней на земле никого и нет. Век волкодав, чья слюна холодней, Чем лед, Подбирает калибр, примериваясь к плечу. И одна из них, та, что сегодня в меня Войдет, Примеряет к себе тишину И мою парчу. Это сродство латуни с костью, Почти любовь. Перевод вещества на язык, где не нужно слов, Где за краем щелчка только хриплый густой улов И пространство смыкается, сбросив земной улов. Так лежат они, маленькие злые божки пустот, В ожидании жеста, способного сжечь мосты. И покуда поэт допивает свой горький мед, Пуля в гильзе растет, избавляясь от суеты. Одиночество их Не отсутствие лиц в окне, Но избыток движения, Запертого в стене, Когда каждый патрон В подсознательной глубине Видит цель, как звезду, В бесконечной чужой Войне.