пьеса

Эй, мы навсегда останемся друг другу в памяти о Том, что мой декабрь побеждает твой июль. Хоть жизнерадостные ископаемые и пустуют в этой Пустоте, я дал бы руку тебе, протянув, Но увы, не позволяет наше меньшинство. Когда доспехи и мечи броне снова станут сильны. Сейчас же мне нужна ладонь, потрепанная Одиночеством, что не кончалось бы с веками, И я был бы жив. И прости, но ведь я сразу тебя не узнал. Я рассмотрел всю красоту и упустил детали. Куда важнее понимать, о чем я говорю. Но извини, ты все равно всегда меня не понимаешь. Быть может, мы с тобой пройдемся по мосту из Книг, но не все книги плавит градусами Фаренгейта, Раскаленными отродьями, перьями птиц. Мои слова лишь донесет до тебя бури вестник. Даже если через время мы зайдем в тупик, Никто, кроме меня, так сильно тебя не поймет. Хоть между нами небо пока не горит, Сине-желтыми огнями весна расцветет. Но даже если пьеса сыграна, меняют роли, Я оставляю все ошибки замком позади. Я открываю свое сердце для новых пристрастий. К моему счастью, ты стала мне одним из них. Но даже если пьеса сыграна, меняют роли, Я оставляю все ошибки замком позади. Я открываю свое сердце для новых пристрастий. К моему счастью, ты стала мне одним из Них.