Монолог Сальери

Все говорят: нет правды На земле, Но правды нет и выше. Для меня Так это ясно, Как простая Гамма. Родился я с любовью к Искусству, ребенком будучи, Когда высоко Звучал Орган в Старинной церкви Нашей, я слушал И заслушивался. Слезы Невольные И Сладкие Текли. Отверг я рано праздные забавы. Науки, чуждые музыке, были Постылы мне. Упрямо и надменно от них отрекся Я и предался Одной музыке. Труден первый шаг И скучен первый путь. Преодолел я ранние Невзгоды, Ремесло поставил я Подножием искусству. Я сделался ремесленник, Перстам придал послушную Сухую беглость И верность уху. Звуки умертвив, музыку я Разъял, как труп. Поверил я алгеброй Гармонию. Тогда уже Дерзнув, в Науке Искушенный, Предаться неге Творческой мечты, Я стал творить, Но в тишине, Но в тайне, не смея Помышлять еще о Славе. Нередко, просидев в безмолвной келье Два-три дня, Позабыв и сон, и пищу, вкусив Восторг и слезы вдохновения, Я сжег мой труд и холодно Смотрел, как мысли мои и звуки, Мной рожденные, пылая, с Легким дымом исчезали. Усильным напряженным постоянством Я наконец в искусстве Безгранично Достигнул степени Высокой. Слава мне Улыбнулась. Я в сердцах людей нашелся, Дручья своим созданием Я счастлив был. Я наслаждался мирно своим Трудом, успехом, славой, Также трудами и Успехами друзей, Товарищей моих в искусстве Дивном. Нет, никогда я зависти Не знал. Кто скажет, что Сальери гордый Был когда-нибудь Завистником презренным, Змеей, людьми растоптанною шире, Высокой пыль глотающим Бессильно? Никто. А ныне сам Скажу. Я ныне Завистник, Я завидую глубоко, Мучительно завидую. О Небо! Где ж правота, когда священный дар, Когда бессмертный гений Не в награду любви горящей, Самоотверженья, Трудов, усердия, молений Послан, а Озаряет голову Безумца, Хуляки праздного? О Моцарт, Моцарт! Ага! Увидел ты, а мне хотелось Тебя нежданной шуткой угостить.