повесил катану на стену

Нас не спасут доспехи бога дорогие, Когда настанет день харакири. Я не жму тебе крепко руку, как крапивы, Но бил тебя палкой. Так я чувствовал себя в детстве самураем. Когда пал Вавилон, ты остался в нём Хаммурапи. Такие, как я, быть может, не писали сагу, И путь-дорога украшена была цветками сакур, Но сорок семь ронинов уходят в небо, Будто это цыганский табор. Твой реп уже беззубый, ты всё ждёшь, Когда прилетят феи, но они полностью выкупят голову Сёгуна как трофей. Он был героем таким же, как Кижи, И орошал земли врагов их кровью, прокисшей. Тешил надежды только в тепле костра. Всю жизнь он сидел за компом дома. Этому интернетному воину неведом страх. Ты сидишь, как в танке, но по тебе в Ебало, как ПТУРом. Ты Наташка, я для тебя стану, как турок. В этой конфеты, как дура, я в этой телеге, Как Дуров. Выхожу из Интернета, Она зовет меня в кафе. Лица андеграунда это как для нищих VK-фест. Они заплатили мне тридцать пять миллиардов за Выступление здесь, но я на такие копейки не знаю, Как прожить и тридцать пять сек. Да начнется после моих слов в андере резня. Ты можешь привести тысячу самураев, Но это армия крестьян.