Казачья

Густой над станицей туман. Постой, не спеши, атаман. Пустой из-под водки стакан. День шестой льется кровь и рыгает наган. Простой нам казалась дорога. Постой, нам осталось немного. Простор обещали широкие степи, Да на плахе топор да кандальные цепи. Да только солнце в небе лучистое, Да только травы в поле душистые, И воды в реках чистые, чистые, Да кони верные, кони быстрые. Да покрылся Испариной лоб, да коня все гоню в галоп. Только врешь, не уйдешь, сукин сын тебя чтоб. Ведь один из нас прав, а второму гроб. Мне гадала цыганка в пьяной тоске: "Жизнь твоя, говорит, на волоске". Но не верю я в это вранье. Не кружи надо мной, воронье. Да кому же тогда на Руси воевать, Коль при жизни своей панихиды справлять? До последнего вздоха, казак вам примером, За мать, за отца, за Россию, За веру. Да только солнце в небе лучистое, Да только травы в поле душистые, И воды в реках чистые, чистые, Да кони верные, кони быстрые. Да покрылся испариной лоб, да коня все Гоню в галоп. Только врешь, не уйдешь, сукин сын тебя чтоб. Ведь один из нас прав, а второму гроб. И снова, набросив к недоуму уздечку, Скажу я жене, чтоб поставила свечку, И крикну я ей, мол, волчицей не вой, Еще повоюем И, может, домой. Да только солнце в небе лучистое, Да только травы в поле душистые, И воды в реках чистые, чистые, Да кони верные, кони быстрые. Да покрылся испариной лоб, да коня все Гоню в галоп. Только врешь, не уйдешь, сукин сын тебя чтоб. Ведь один из нас прав, а второму гроб.