Мир для нас

Драмы два килограмма. Мир для нас. Пока мир сходит с ума, не гаснут в окнах Огни. Весь сумасшедший мир он для нас, Будто в нем мы одни. Музыкой изнутри в унисон колотит два сердца, И тишину разрывают плотные килогерцы. Мир сходит с ума, не гаснут в окнах огни. Весь сумасшедший мир он для нас, Будто в нем мы одни. Музыкой изнутри в унисон колотит два сердца, И тишину разрывают плотные килогерцы. Желаю искренне близким не скиснуть, Чтобы всегда глаза горели искрами, Чтобы корабль не был нашпигован крысами, Швыряться бабками, как осень листьями. И мы будем продолжать, даже зубы стиснув, Даже когда все покажется бессмысленным. Ведь этот мир для нас, все по-любому выстоим. Свободы всем и братику амнистии. Город невыспанный, злой с перегаром. С Бобика пристально смотрит легавый, Что в школе был крысой и Толики далой. Конечно, нехило всех жизнь фасовала от низа подвалов До випа у бара. Но кем бы ни стал ты, запомни одно, Как с легкостью совесть отправить в депо, Но твой галстук не спрячет гнилое нутро. Кто уйдет на дно первый, сжигая мосты? Ждут холодные стены, ждут, пока ты отсушишь пузырь и В треморе нервном пойдешь по накатанной в тартарары. Они ждут, пока тощий Кощей вновь накормит голодные Вены у ржавой плиты. И мечутся люди, как манекены, ведь внутри все так Же пусты. Пока мир сходит с ума, Не гаснут в окнах огни. Весь сумасшедший мир он для нас, Будто в нем мы одни. Музыкой изнутри в унисон колотит два сердца, И тишину разрывают плотные килогерцы. Мир сходит с ума, не гаснут в окнах огни. Весь сумасшедший мир он для нас, Будто в нем мы одни. Музыкой изнутри в унисон колотит два сердца, И тишину разрывают плотные килогерцы.