Эге-гей...!

Эге-гей, ужо-тка, нутка! Ну-ка встань-ка, человечность, Через носозаторченность погляди на миру мир. Вот он, злыден и ужасен, злобен, Бледен и порочен. И давно уже раздраен твой фантом и твой кумир. С высоты дождей кислотных погляди: Идут рыбачить Пятачок, Наф-Наф с Нуф-Нуфом и Пенсионер Лужков. Им-то что? Все под контролем. Кризис, в общем-то, закончен. Свиньи носом землю роют, добывают червяков. А вокруг бурлит и пышет, пишет, Пашет и крышует. То ли кружит и курлычет над Кремлем влюбленный Стерх, то ли, вмазав граммов триста, Курит пьяненькая Кая, обколбашенный толбачик, Пепел стряхивая вверх. И министр обороны сразу послан шагомаршем. Олимпийские объекты эрмикабосаботаж. А якутская якудза виде сиськи Волочковой забросала Всех камнями и сломала бельэтаж. Будет, будет, что-то будет, то, Чего бы и не надо. Барин будет пить перцовку на классический тощак. Ну а как же тут не выпить, как же, Братец, не нажраться, коль без выпивки двоится и Имеют то китак? Так живем и выживаем, и творим себе кумира, А потом его и холим лет так сорок, Пятьдесят. И, колени отряхнувши, мчится родина с мигалкой, И от Сколково осколки под колесами хрустят.