Уличный брэнд E

Я бросаю кости слогов, сотнутых под гнётом копов Голов. Город оков морских долек. Туман летает среди депрессивных дворов. Кровопотеря почти летальна. Исход мозгов. Поток бессмысленных слов. Цифры с ритмом без ритма, и нет причины стрелять Назад. Очевидно, когда ты и так лишь мишень в Тире. Спроси Алису и Siri. Но мы в эфире, всё ещё team spirit. М-м, мир успокоен тебе лирой, иллюзия мира в уюте Квартиры с чаем, зефиром, тяжеловесу. Лирике меж строк зови меня Акиба на таро, Сбивающий с ног без колоды Таро. Я всё вижу вперёд. Твой ёбаный рот, так ты через пот отчёл скилл. Я был болен, был ill, как дебил, оставлял и Теперь на чернил, на белой бумаге лирический стиль Требовал дохуя много сил. Теперь же я Филипп Рист, акробат и ювелир. Сквозь чистоты сочится чистый жир адвиноль. Больная логика Муссолини, белими пропаганды утюжит Освиленный серый голубей. Поросили павлины. Проповедники, фашисты такие ведь были люди здесь. Cash to hash это уличный бренд. Делаем рэп, делаем рэп. Cash to hash это уличный бренд. Делаем рэп, делаем рэп. Cash to hash это уличный бренд. Делаем рэп, ебучий рэп. Cash to hash это уличный бренд. Делаем рэп, грязный рэп. Cash to hash это уличный бренд. Я, я. И мой город тяжёл с любой стороны, С какой ни крути. Он так тяжёл, как нагруженный пол. Он так тяжёл, что дропает только лишь становое Дерьмо, и оно вытеснит всё, что есть плейлисте Твоём. Чекни ля фамилия. Воображаемая линия отделяет причину от причинённого Насилия в отношении бессильных. Охуительные бестии же слежали Мессии, Оправдали любой тип насилия. Если ты веришь в Мессию, веришь, что ты деталь Для России, всей системы, все, все, все спят, Спят со сломанными спинами. Все спят, спят со сломанными спинами, Ман. Все со сломанными спинами, Со сломанными спинами спят. Со сломанными спинами, со сломанными спинами спят.